Ты моя пара!

Под правым коленом запеклась кровь, двумя пальцами, медленно, с шипением сквозь зубы отдираю светлые капроновые колготки. Алые капли проступают из подсохшей ранки, и я жалобно хныкаю. Зверь виновато опускает голову.

Запомню эту субботу навсегда: сегодня я тронулась умом, случилось помутнение рассудка, да просто сбрендила, если думаю, что волк понимает меня и при этом очень по-человечески реагирует. Вздрагиваю от прикосновения, горячий язык собирает капли крови. Улыбаюсь, глядя в темные глаза зверя, никогда не встречала такой расцветки у волков.

Зверь отводит взгляд, взволнованно приподнимает уши, отвлекается на что-то, пользуясь моментом, ныряю в приоткрытую дверь кабинета. Закрываю с хлопком и мертвой хваткой удерживаю дверную ручку. Я слышала, что многие хозяева натаскивают своих питомцев на то, чтобы задерживать нарушителя и охранять, а мне совершенно не хочется сидеть на ледяном полу, уж лучше в чьем-то кабинете.

Нужно выбираться с этажа и как можно скорее. Не хватало, чтобы подруга подняла шум: позвонила моей маме и привлекла ненужное внимание.

Возвращаюсь к двери, заглядываю в замочную скважину: ничего не рассмотреть, с той стороны вставлен ключ. Приоткрываю дверь ровно настолько, чтобы можно было выглянуть в коридор, но не дать возможности войти.

А там меня ждет очередной шок.

Первое, за что цепляется взгляд, это обнаженные мужские ягодицы. Лео размеренно шагает с вещами в руках и банкой кофе подмышкой, а главное, абсолютно голый.

Я не отворачиваюсь и не закрываю глаза, рассматриваю мужскую фигуру, пока подтянутые ягодицы не скрываются за дверью приемной.

– Не анализировать, – шепчу и позволяю себе сделать шаг из кабинета. – Не думать. Уходить! – Как мне кажется, мягко ступаю, бесшумно перенося стопу, уже вижу спасительный лестничный пролет, но за спиной раздается:

– Евгения? – Игриво-удивленный голос Лео заставляет остановиться. Боюсь разворачиваться и так и застываю. – Ты что так поздно на работе?

– Задержалась, – произношу очевидную вещь.