Цеховик. Книга 8. Запах денег

Он, не давая опомниться, мгновенно бросается на Игоря. Но тот не теряется, отступает на шаг назад и пинает железной ногой нападающего по голени, прямо по кости. Скрип-скрип, нога липовая. Не липовая, а железная. Удар получается сокрушительным. Урка чуть подлетает, отрываясь от пола. Задыхаясь от боли, он хватает ртом воздух, замедляется и начинает складываться пополам, но даже завыть не успевает, потому что тут же получает быстрый, резкий и максимально точный удар в кадык.

В кадык и кирдык. Что ещё сказать, писец котёнку, как говорится.

— Суки! — выдыхает златозубый. — Суки! Наших бьют! По беспределу!

Сразу раздаются три стальных щелчка. Ох, уж эти социально близкие. Глаза бритого вспыхивают смертельным огнём, жёлтым пламенем, как у гиены. Он выбрасывает руку с ножом в сторону Игоря, но тот уклоняется. Я ясно и чётко вижу что сейчас будет. Игорь поставит блок, заманит своего соперника, заставит его шагнуть и попытаться нанести колющий удар, а сам шагнёт в сторону с линии атаки.

Он отклонит траекторию руки с ножом основанием ладони, захватит её обеими руками сбоку и крутанёт бритого так, что тот опрокинется и упадёт на пол, а сам нанесёт удар железной ногой ему в позвоночник. Или по почкам. Как настроение будет. Думаю, в позвоночник.

Сам я уже двигаюсь навстречу дружку этого придурка. Он тоже наклоняется, чтобы сделать шаг в мою сторону. Но ничего этого не происходит.

— Харэ, харэ! — раздаётся вдруг громкий поставленный голос.

— Это кто здесь вякнул? — хрипит бритый.

— Я за него заплачу, — заявляет Борис. — Я заплачу.

— Да ты чё, — щерится бандит. — Заплатишь? Твоё очко в оплату я не приму.

Народ ржёт.

— Три тысячи он тебе должен? Я выкупаю долг.

— Не братва, вы слыхали? Он долг выкупает. Но цена-то изменилась. Косача отрихтовали, меня разволновали. А это всё бабки, женишок. Я правильно говорю, братишечки?

— Правильно, — кивают его торпеды.

— Ну, и сколько ты хочешь?

— Так бы сказал пятак, но только теперь чёт я закусил, в натуре, приз свой выбираю. Молодячку беру, чудачку вашу. Базар окончен, чуханы. Сюда цыпу давай и ехай на*уй.

— Даю десятку, — говорит Борис и снимает с пальца перстень.

Не послушал совета моего. Ну, и молодец.

— Ты чё там, гайку хочешь впарить, фуфлогон? — недоверчиво смотрит на него урка.

— Эта гайка десятку весит, — твёрдо отвечает Боря. — Даже больше.