Цеховик. Книга 8. Запах денег

— Вы все вместе? Вчетвером здесь?

— Да, — киваю я. — Но мы уже уходим, действительно времени много, спать пора…

Патруль доводит нас до гостиницы, убеждается, что мы проживаем здесь и идёт дальше, а мы расходимся по номерам. Парни к себе, а мы с Наташкой ко мне. Она выглядит уставшей и перегоревшей, словно высказавшись и сбросив пар, разрывавший её всё последнее время, она уже и не нуждается в ответах.

— Я ещё сказать хотела, — тихо, словно она самая послушная и покладистая девочка на свете, произносит Наташка.

Она раздевается и устало бросает одежду на стул — свитер, майку, джинсы, колготки… Я стою и наблюдаю. Она снимает с себя всё и остаётся совершенно голой. Картина волнующая, честно говоря. Подходит к кровати и сняв покрывало, убирает в сторону. Оборачивается, бросает на меня быстрый взгляд и проскальзывает под одеяло.

— Бр-р-р… Холодно, — жалобно мурчит она.

Ну а как же, иду, конечно, тут приманки такие… Только… не сразу. Снимаю брюки и сажусь на кровать.

— Я захотел тебя сразу, как увидел, — говорю я и оглядываюсь на неё.

Она сначала смотрит удивлённо, а потом улыбается и начинает смеяться:

— Нет, ты невыносим. Это ещё в детском саду что ли? Озабоченный!

А, точно мы же давно знакомы… Я сажусь на кровать и оборачиваюсь к ней.

— Завтра поедем в Геленджик и Новый год встретим там. В шумной компании новых друзей.

Она широко распахивает глаза и приподнимается на локтях.

"— Но я же… — начинает она, но замолкает, бухается на подушку и отворачивается. — Зачем тогда спрашивал?

— Это было несколько часов назад, и ты ничего не ответила. Поэтому я принял решение сам, и мы с тобой поедем. Так вот, на твои вопросы я тебе отвечу кое-что. Немного, но по делу. Ты не конь в стойле и не секс-игрушка. Я чувствую в тебе силу и вижу любовь. И мне они нужны. И я хочу дать тебе то же самое. Дальше. Сейчас я делаю задел на будущее, в том числе и наше с тобой.

Она поворачивается и внимательно смотрит. Брови сведены, ловит каждое слово.

— Сейчас я уязвим, — продолжаю я, снимая рубашку, — и моё самое слабое место — это ты. Поэтому я хочу тебя защитить. Куда ты несёшься? Куда торопишься? Нам всего по семнадцать, у тебя вон ещё детство в одном месте булькает.