Цеховик. Книга 8. Запах денег

Вроде я был вчера отпетым отморозком, избившим генерала милиции, и она приняла это довольно спокойно, давно смирившись и проявляя, наверное, внутреннюю готовность следовать за мной и на каторгу, и в острог:

Жулик будет воровать,

а я буду продавать,

мама, я жулика люблю…

А сегодня я предстаю перед самим генеральным секретарём в ореоле героического борца с преступностью. Диссонанс, однако. Когнитивный.

Далее следует облегчённая версия вчерашних событий. Облегчённая, потому что здесь женщины и дети. Но, опять же, хоть и облегчённая, а ориентирующая в нужном направлении.

— Я уже поговорил с Николаем Анисимовичем, — продолжает зять, — попросил его, чтобы он это дело не спускал на тормозах, а своей волевой рукой вычистил скверну. А то знаете, сейчас побегут злопыхатели кричать на всех углах, что Щёлоков работу завалил. А он, как раз, за чистоту рядов борется."

"— Молодец, — кивает дед, — Егор Брагин. Потом, Юра, доложишь по порядку. Зачем женщин утомлять… А Брагину надо награду… Я скажу Коле, чтобы он ему не медальку, а орден… хм… Если есть за что…

— Леонид Ильич, да мне не за что, — начинаю я, но он перебивает.

— Тихо… ммм… Не забудь, Юра, проконтролируй.

— Не забуду, — улыбается Чурбанов.

— Так… кхе… Наталья, понравилось… тебе кино?

— Довольно увлекательно, — уклончиво отвечает она, опасаясь по-видимому, не попасть в линию партии.

— Довольно… Хм… А тебе?

Он поворачивается ко мне.

— Понравилось, Леонид Ильич. Действительно увлекательно и наглядно показано, что зло, даже такое эффектное и привлекательное, а герои там по началу выглядят действительно привлекательно, так вот, зло всегда бывает обречено.

— Хм… — жуёт губами Ильич.

— А вообще, — продолжаю я, — я люблю вестерны. Ковбои, индейцы, приключения, торжество справедливости, простые и ясные мысли.

Я знаю, это его любимый жанр. Он даже, когда в Штаты летал, ему Никсон организовывал встречу с каким-то известным актёром, которого Ильич очень уважал. Они вроде даже подружились, что-то там было такое.

— Хм… про ковбоев? И какие тебе нравятся?

— Ну, — чешу я в затылке, вспоминая фильмы и опасаясь назвать что-нибудь ещё не снятое, типа «Омерзительной восьмёрки» или «Джанго освобождённого».