Цеховик. Книга 8. Запах денег

— Всё-таки, объясни, почему ты решила участвовать? Ты хотела больше внимания?

Двери открываются.

— Ты дурак?

Она сердито хлопает меня ладошкой по груди и я чуть сгибаюсь от боли — хлопок отдаёт в желудке.

— Что болит? — тревожно отстраняется она и внимательно меня оглядывает.

Двери закрываются.

— Не отвлекайся! — требую я. — Отвечай на вопрос.

— Просто… — она отворачивается. — Просто мне хотелось быть… нет, мне хотелось, чтобы ты мной гордился. Нет, не так… Чтобы… ну…

Лифт начинает медленно двигаться вниз.

— Чтобы ты радовался со мной не только… не только в постели… Чтобы… В общем, я не хочу просто сидеть дома, потому что ты меня стесняешься. Вокруг тебя всегда шикарные бабы, а я… ну, я никто. Просто какая-то смазливая дурочка. А зачем тебе такая? Я хочу быть… быть для тебя кем-то большим… Да что с тобой? Ты не ранен?

Лифт останавливается и в кабину заглядывает элегантный старичок.

— Простите, вы наверх?

— Нет, мы вниз, извините, — отвечаю я и нажимаю кнопку верхнего этажа.

— Что⁈

— Дурочка, — подтверждаю я. — Но в хорошем смысле. И знаешь, ты меня поражаешь. Я всегда жду, что ты выкинешь какой-то фортель. Ты прям загадка всех загадок, не даёшь мне расслабиться. Не надо было это говорить, да?

Она поднимается на цыпочки и тянется ко мне губами.

А потом я сижу за стойкой и ем «Геркулес», сваренный для меня Наташкой. Лида ни жива, ни мертва от усталости лежит на стульях и спит. А я заставляю свою королеву красоты рассказывать о подготовке к конкурсу и, собственно, о самом конкурсе.

— Очень жаль, — замечает она, — что ты не видел ни одного моего выступления.

— Мне тоже, — соглашаюсь я. — Но у меня были очень важные дела, поверь. И ты не предупреждала, что будешь выступать.

— Ты кого-то убил сегодня? — тихо спрашивает она.

— Что? — округляю я глаза. — Нет, конечно.

— У тебя плохая работа, — качает она головой, понимая, что поделать с этим ничего нельзя. — Она тебя изнутри съедает…

— Егор Андреевич, — прерывает нас охранник Костя. — Вас там к телефону.

Я с удивлением смотрю на часы. Времени-то ого сколько. Кто же там, Злобин?

— Кто? — спрашиваю я.

— Новицкая, сказала очень срочно.