Целительница для графа (СИ)

Его брови приподнялись, а в глазах мелькнуло недоумение. Он явно не ожидал нас увидеть.

– Кто это? – грубо спросил он, повернувшись ко мне. Его взгляд был холодным и оценивающим.

Бернард снова толкнул меня, на этот раз на широкую деревянную лавку, стоявшую вдоль стены.

– Давай выйдем на минутку, Ярл, нам нужно кое-что обсудить."

"Мужчины вышли, оставив меня одну в комнате. Сквозь толстую дверь до меня доносились их приглушенные голоса. Я не могла разобрать ни единого слова, но догадывалась, о чем они говорят.

Я огляделась вокруг, пытаясь найти хоть какую-то надежду на спасение. Избушка была маленькой, тесной и убогой. В полумраке я едва различала предметы. Грубый деревянный стол, две лавки, покосившаяся кровать в углу, покрытая овчиной, да несколько простых кухонных принадлежностей. В углу, за шатким столиком, я заметила пару старых охотничьих ружей. Увы, я не умела стрелять.

Единственным источником света была маленькая свеча на столе, бросавшая на стены причудливые тени.

«Что же мне делать?» – металась в моей голове одна лишь мысль.

Вскоре голоса замолчали, и я поняла, что Бернард ушел, оставив меня наедине с ешерем.

Дверь с тихим скрипом отворилась, и в комнату вошел Ярл. Он хмуро посмотрел на меня сверху внизу. В его глазах не было ни капли сочувствия, лишь холодная расчетливость.

– Ты будешь себя хорошо вести или тебя связать? – грубо спросил он, его голос был низким и хриплым.

Я решила, что должна казаться покорной и беззащитной, чтобы усыпить его бдительность.

– Я сделаю все, что скажете, – ответила я, стараясь говорить как можно более спокойно. – Не надо меня связывать, я не убегу. Я очень устала.

Я надеялась, что он поверит мне. И втайне мечтала о том, что ночью, когда Ярл заснет, я смогу сбежать. Риск был велик, но я не могла просто сидеть и ждать своей участи.

Ярл, казалось, задумался на мгновение, а затем кивнул, словно принимая какое-то решение.

– Ты будешь спать на лавке, – сухо произнес он, указывая на место, где я уже сидела. – Предупреждаю, в этой части леса много голодных волков. Если убежишь ночью, станешь их ужином.

Как будто в подтверждение его слов вдалеке раздался протяжный, жуткий волчий вой, от которого по спине пробежали мурашки. В моем воображении сразу возник образ стаи голодных волков, рыщущих в поисках добычи.