Царь-гора

– Как тут у вас с культурной жизнью?

– Водка подорожала. А так ничего, живем.

– Ясно, – сказал Федор. – Ну а с мифами и легендами как обстоит?

– Так ты по этому делу? – оживился Иван. – Недавно тоже приезжал один… фольклорист. Ко всем приставал, говорил – край тут непаханый. По части баек, значит. Ну, набросали ему на диктофон кто чего. Про белую женщину, про горелую березу…

– Про березу я слышал, – удивленно сообщил Федор. – Еще в Москве."

"– Так это от нас туда пошло, – с гордостью сказал Иван.

– А я думал из Кастанеды.

Огорчившись, он достал пирожок и принялся задумчиво жевать.

– Это страна? Не знаю такой, – покачал головой шофер. – Она где?

– В Южной Америке, – ответил Федор, разыскивая начинку в пирожке, а затем бросил наудачу: – А говорят, тут в Гражданскую странные дела были.

– Какие дела? Не слыхал. Шамбаландию искали, это точно. Так ее до сих пор ищут. Про Рериха и его рёхнутых слышал небось? Они в Уймонской долине обосновались. Есть еще которые Беловодье ищут, эти отдельно от уймонских.

– Что осталось? – не понял Федор.

– Ну, привидения, или как сказать. – Иван покрутил в воздухе рукой, изображая нечто невразумительное и неопознаваемое. – Старые хозяева, по-ихнему.

Федор задумался. Ему, конечно, и раньше приходило в голову, что жизнь в горах, особенно девственно языческих, рождает долгое эхо, которым мистическим образом перекликаются между собой первобытная древность и не так далеко ушедшая от нее современность.

– А не встречается у вас здесь, – наугад спросил он, – такая… вроде баба, только с медвежьей башкой?

– Бывает, – ответил Иван и плюнул через левое плечо. – На дорогах попадается.

– Ну и… кто она? – Федор ощутил, как внезапно напряглись нервы.

– Злой дух, говорят, – с неохотой сказал шофер. – Ты про нее лучше не спрашивай, а то накличешь. Ее увидишь – потом тебя по костям собирать будут. Занесет на ровном месте либо в поворот не впишешься.

Федор замолчал, доел пирог, наконец обнаружив следы мясной начинки, и стал смотреть в окно, постаравшись как можно скорее забыть то, что услышал. По правому берегу реки тянулся великолепный сосновый бор; скоро его сменила тополиная аллея, явно рукотворная.