Наследник для бандита

Евсеев помог — подстраховал насчет здоровья, и все же… Все же я не мог быть спокойным, пока не миновал кризис.

Я рисковал. Мы рисковали. Но я знал: если с братом что-то случиться — шансов у нас никогда не будет.

Циничный Астахов раз за разом повторял, что детей еще можно сделать, а брат… Брата она не простит. В такие моменты мне хотелось задушить его.

Все обошлось. Парня спрятали надежно. Повезло, что информация появилась вовремя — еще немного, и все. Свой человек среди Самоловских остался незасвеченным. А значит у нас был хороший козырь.

Как и у этой твари… Ведь кто-то же навел их, как-то же они узнали про маршрут и куда поехали…

Мы перетрясли всю охрану, проверили всех и каждого.

Но пусто.

Ничего. Ни единой, блять, зацепки. И это сводило с ума.

Единственный херовый выход — запереть Машу в комнате. Но где гарантия, что и там ее не достанут?

Самойлов прислал подарок — мол, намерения его серьезные, и в следующий раз пострадает кое-кто еще.

Если я не соглашусь отдать ему долю побольше в счет ущемленной гордости.

Но даже этого этому мудаку показалось мало — он-таки обратился к высшим кругам за поддержкой. Да, пока все спустили на тормозах, вежливо посоветовав решить дело мирным путем. Оно и понятно — кому охота мараться в этом дерьме?

Тщательно продуманный план медленно шел нахер…

— Когда будет информация? — в сотый раз спросил у Ареса.

— Ломов обещает вот-вот, — недовольно проворчал тот.

— Ты ему веришь?

— До этого его человек не подводил.

— А что Гриша?

— Сказал, все на мази. Самойлов встречался с ним. Договорились, что Франц поможет им с распространением продукта.

— Блять, какие же твари, — выругался, сжав кулаки.

— Как Маша? Новость о брате успокоила ее?

— Как-как… хочет позвонить ему, конечно. Но пока вроде сидит тихо.

— Не простила, — понял он. Даже отвечать не стал. Тот факт, что она подпустила к себе, не означал полную капитуляцию. Да я и не ждал, что заяц так просто сдастся.

— Опять психосеанс начинаешь?

— Ты из-за нее на нервах, брат. Так нельзя. Все дело завалишь.

— Не могу я, понимаешь? Смотрю в ее глаза, а вижу там… Она ж мне сдохнуть желала. Думаешь, это так быстро проходит? Она трясется теперь от любого шороха.

— Думаю, когда удавим эту тварь, все уладится, — философски заметил друг. — А ты развлеки ее чем-нибудь.

— Например?

— Не будь Франц замешан, можно было б его девчонку к тебе привезти.