Три Анны

Но если черты барона носили печать несравненной красоты, то те же линии на женском лице выглядели всего лишь миловидно, и не более того.

Увидев Аню в дверях, Матильда Карловна поднялась навстречу, гостеприимно распахнув руки:

– Мадемуазель Веснина, безмерно рада вашему визиту!

Скромное домашнее платье кофейного цвета с многочисленными пуговками по лифу подчёркивало благородство осанки баронессы и нежную теплоту её лица, обрамлённого двумя прядями волос, выпущенных из причёски.

Матильда Карловна указала Ане на кресло и позвонила в серебряный колокольчик, стоявший на подносе.

Аня не ошиблась. В приоткрывшейся двери показалась Марфушина голова:

– Что изволите, барыня?

– Марфушенька, принеси нам чай с печеньем. Тем, что привёз Александр Карлович из Петербурга.

– Александр Карлович – мой брат, майор, – пояснила баронесса, кладя на подлокотник кресла изящную руку с тонким резным кольцом красного золота. – Он приехал в отпуск по ранению.

Аня вспыхнула:

– Я знакома с господином бароном.

– Знакомы? Но, впрочем, чему я удивляюсь? Александр Карлович очарован здешними местами и успел перезнакомиться со многими местными жителями. Сегодня он в отъезде.

Матильда Карловна дождалась, когда Марфуша сервирует чай, серебряными щипчиками положила в Анину чашку два кусочка пилёного сахара, кивком испросив разрешения, подлила густых сливок и только тогда поинтересовалась, что за дело привело к ней дорогую гостью.

Обрадованная, что далее разговор не коснётся барона, а пойдёт по нужному руслу, Аня заторопилась с рассказом:

– Матильда Карловна, я к вам за советом.

После слов баронессы об отъезде брата она чувствовала себя легко и уверенно, словно пришла к своей лучшей подруге.

Ей захотелось немедленно поведать госпоже фон Гук о своих начинаниях.