Три Анны

Раздрызганная кнопка электрического звонка выглядела так подозрительно, что Аня на всякий случай наступила сапогом на резиновый коврик – вдруг током ударит.

С третьей попытки вызова по ту сторону двери зашаркали шаги, и раздался Жанкин голос:

– Не заперто! Входите!

– Аня, ты?

В первый момент Аня даже не узнала всегда модную и накрашенную приятельницу, настолько огромной оказалась разница между двумя ипостасями одного человека. Если в институте Жанка слыла первостатейной модницей, то в данную минуту перед Аней стояла щуплая, бледная девушка в измятом байковом халате и рваных тапках на босу ногу.

Без особой радости в голосе Жанна посторонилась, пропуская Аню в квартиру:

– Проходи, раздевайся.

На пустой вешалке одиноко болталась Жаннина дублёнка с засунутым в рукав широким шарфом, который обычно несколько раз обвивал шею Жанны.

– Ты одна?

– Нет, с мамой. Она там, в комнате.

Жанна не глядя повесила на крючок Анино пальто и бесцеремонно втолкнула её в тесную кухоньку, заставленную эмалированными кастрюльками и немытыми тарелками. Такой бедности и убогости Аня давно не видела и теперь стыдилась за свой внезапный визит, догадываясь, что пришлась не ко двору.

– Жанна, я понимаю, незваный гость хуже татарина…

– Да, ладно, – прервала её хозяйка, закидывая ногу на ногу так, что голый палец чуть не до половины высунулся в прореху тапочка, – всё равно ты бы узнала правду.

– Но какой смысл прикидываться?

– Смысл? – Жанна недобро усмехнулась, обнажая дёсна, и выколотила сигарету из пачки. – Да чтоб замуж взяли! Золушки нынче не в цене, всем принцесс подавай. На нищебродок только приезжие западают, да и то из-за прописки или гражданства.

На какой-то миг Ане даже стало стыдно за себя: действительно, по сравнению с Жанной, она жила неплохо. Но в следующий момент она вспомнила свою подружку Ольгу из Змеевки, которая много лет тянет на своих плечах парализованную мать и не ноет, не жалуется.