Только ты

Захлопнув за собой дверь и тем самым отрезав звуки, набрал знакомый телефонный номер…

– Батя? Привет. Ты давно звонил Насте?.. Да нет, все нормально. Я здесь у Сереги Воропаева задержусь на час, матери только не говори. Игрушку новую на комп установим, и вернусь. Да, хочу Насте позвонить, предупредить, что скоро буду, все же сестра она мне, пусть и сводная. Нет, не нужно звонить, я сам. Да, скинь сообщением…

– Извините, на данный момент абонент не может принять ваш звонок…

– Извините…

– Извините…

– …вы можете оставить голосовое, смс-сообщение или попробовать позвонить позднее.

– Збруев? Это Стас Фролов. Слушай, Збруев, есть телефон Кузнецовой? Да, твоей одноклассницы Кузнецовой! Что значит не дашь? Совсем, салага, страх потерял?! Да не нужна мне твоя Дашка! Узнай только: ночует с ней кто-то из подруг или нет? Сделаешь?..

– Алло?! Нет, не ночует? Че-ерт. Ладно, пока.

– Телефон абонента недоступен…

– Извините, телефон абонента временно недоступен…

И так еще тридцать гребаных раз.

Тридцать звонков девчонке, оставшихся без ответа. Канувших без следа в тишине подступившей ночи.

Я уронил трубку, чувствуя, как на горло опустилась холодная рука страха. Обхватив ледяными пальцами глотку, сдавила кадык, перехватив дыхание. Беспокойство – чистое, неприкрытое, жалящее, до сих пор незнакомое мне – ударило в грудь, обожгло затылок, едва не поставив на колени… Чужой голос, шелестя, прошептал в ухо, словно предвкушая веселье: «Ты не должен был так поступать со скелетиной.

Со своим трусливым, молчаливым эльфом, чьи глаза умеют смотреть в душу и кому сегодня ты хотел сделать особенно больно. Что ж, у тебя получилось, парень. У тебя получилось…»"

"Я вспомнил, как затащил Ленку в свою комнату и раздел на постели, где спал Эльф и где витал ее нежный запах. Где все было знакомым и моим. Мне почти хотелось, чтобы она вошла. Истово хотелось испачкать мир, не принадлежащий мне – пугающий и вместе с тем манящий, в котором жила худенькая, как тростинка, синеглазая девчонка.

Задушить то, что мучило меня, когда я видел ее, когда представлял, как касаюсь ее, сжимая в руках другую. Чувствуя от разочарования злость и обиду. И ненависть. На нее, на себя, на весь сволочной мир, что посмел обыграть меня. Отнять то, что мне никогда не принадлежало и не могло принадлежать. Тогда мне и вправду хотелось сделать ей больно. Тогда, но не сейчас.

Распахнув ворота, я выскочил на улицу и побежал.