Требуется влюбленное сердце

…Среди ночи меня разбудил мамин крик:

– Даша! Даша, вставай скорее, пожар!

Я подхватилась с постели, не вполне соображая, что происходит. Мама металась по квартире, бестолково сталкивая в сумку документы, какие-то свои украшения, что-то еще. Увидев меня, она остановилась на секунду и закричала:

– Да что стоишь-то? Сгорим ведь!

Я окончательно проснулась и учуяла запах гари, которым сильно тянуло из-за входной двери. Действительно пожар!

Метнувшись в кухню, я увидела, как из подъезда выбегают соседи, а из-за угла во двор въезжает пожарная машина.

– Даша, да в конце-то концов! – кричала мама откуда-то из спальни. – Помоги мне Персика достать, он под кровать забился, в самый угол!

Персик, наш кремовый персидский кот, действительно забился под мамину кровать и испуганно таращил огромные голубые глазищи из темноты. Шерсть была взъерошена, уши растопырены – не кот, чудище какое-то. На призывные слова Персик не реагировал, и я, недолго думая, принесла швабру, с помощью которой и извлекла бедное животное.

– Мама, это наша дверь горит! – прижимая к губам обожженную ладонь, крикнула я, и мама вдруг разрыдалась.

Этого я никак не могла допустить: у нее повышенное давление, не дай бог, случится криз – что я тогда буду делать с ней?

Мы жили на втором этаже, в принципе, невысоко, но мама все-таки уже женщина в возрасте, хоть и держится в неплохой форме, и прыгать из окна вряд ли станет.

– Помогите! Помогите, пожалуйста, у нас горит дверь!

– Успокойтесь, девушка, с той стороны работает расчет, сейчас все будет в порядке, – с улицы успокоил меня мужчина в пожарной форме. – Вы одна в квартире?

– Нет… у меня мама… и кот…

– С ними все в порядке? Там задымление сильное, но вы не волнуйтесь, никакой опасности.

Дверь обгорела так, что нам пришлось не только ее поменять, но и перекрасить за свой счет стену на площадке. Как сказали пожарные, было похоже, что это не возгорание проводки, как думали сначала, греша на выгоревший щиток со счетчиками, а намеренный поджог двери, откуда огонь перекинулся на стену по оставшимся с Нового года бумажным гирляндам.