Таня Гроттер и Золотая Пиявка

Универсальных блоков нет, так что не перепутайте. Сегодня вы будете отрабатывать их на земле, а завтра уже в воздухе.

– Ну, нет! Я не в состоянии это выучить! Ни за какие коврижки! У нас и так полно уроков, а тут ещё всякие зацапусы – обвиняюще произнесла Гробыня Склепова.

– Тебя никто и не заставляет, Склепова, Все строго добровольно, Не хочешь зубрить – не зубри. Но только тогда сразу договорись, кто будет соскребать тебя с защитного барьера. Я лично не буду, – Соловей кивнул на Семь-Пень-Дыра, который все ещё отплевывал песок.

Гробыня встряхнула фиолетовой гривой, все быстро взвесила и пошла на попятный.

– Ладно. Так и быть. Заговоренный пас я как-нибудь зазубрю, хотя это и бесчеловечно, а вот уроки... э-э... ну я, короче, скажу, что вы разрешили их не делать, – сказала она.

Правда, про уроки Гробыня добавила намеренно тихо, чтобы глуховатый Соловей не расслышал.

Вскоре вся команда Тибидохса, разделившись на пары, отрабатывала действие разных заклинаний.

– Гуллис-дуллис! Цап-царапс! Леос-зафиндилеос! – доносилось с разных концов поля.

"Сухо потрескивали магические искры. Мячи описывали в воздухе невероятные кривые. То и дело слышались глухие шлепки, означавшие, что кто-то в очередной раз промахнулся с контрзаклинанием.

Баб-Ягун отрабатывал заговоренный пас в паре с Таней, Отрабатывал неохотно и с кислым лицом. Даже Демьян Горьянов, несколько раз прошмыгнувший у него перед носом и позволивший себе пару сомнительных шуточек, остался ненаказанным. Прежний Ягун не упустил бы случая поставить его на место, теперешний же даже не замечал его присутствия.

То, что он числился теперь на темном отделении да вдобавок был лишен комментаторского рупора, не давало Ягуну спокойно спать. То главное, что составляло смысл его жизни, исчезло, а то, что осталось, его не устраивало.

– Представляешь, Клопп заставляет меня выбрасывать красные искры! А я назло ему зеленые выбрасываю! Вот назло! – сообщил он Тане в перерыве.

– Зеленые? С черномагическими заклинаниями? – с сомнением переспросила Таня, убежденная, что это невозможно.

– Точно! – удовлетворенно произнес Ягун. – Ты не представляешь, что начинается, если темное заклинание и с зеленой искрой! Два раза уже водяных на пожар вызывали! А меня теперь все больше с места спрашивают, а то опять доска запылает.

– А ты не боишься, что Клопп отыграется? Он же страшно мстительный.

Ягун презрительно фыркнул.

– Что он со мной сделает, твой Клопп? Хуже темного отделения все равно ничего придумать нельзя.