Таня Гроттер и Золотая Пиявка

– Гы! Здорово ты его треснул! А меня научишь? – поинтересовался Гломов и выбросил кулак размером с тыкву, Пупперовец покатился по ступенькам, а Гуня, нетерпеливо переваливаясь, уже спешил навстречу остальным.

К месту драки, размахивая дубинками и колотя правого и виноватого, спешили циклопы. Болельщики вскакивали. Драка кипела уже на двух трибунах. Кто-то уже отрывал от скамеек длинные доски и переворачивал урны. Корреспонденту «Безлунного магомольца» расквасили нос медной табличкой «Тренерская раздевалка». Упомянутую табличку кто-то сглазил, и теперь она, как взбесившийся шмель, летала над трибунами и таранила кого попало.

Сарданапал осознал необходимость срочного вмешательства. Надув щеки, он забрался на стул и, придерживая руками кончики бузотеривших усов, зычно крикнул:

– Немедленно прекратить, или я, как главный судья, отменю матч!

Усиливающее заклинание разнесло голос академика по самым отдаленным уголкам стадиона. Угроза подействовала. Самые яростные враги перестали осыпать друг друга ударами.

– Как-то ты, братец, неосторожно. Весь свитерок изгваздал! – сочувственно кудахтал он."

"Когда циклопы, наконец, добрались до дерущихся, усмирять было уже некого. Все чинно сидели на скамейках, невинно демонстрируя циклопам пакетики с чипсами. Одна только буйная табличка продолжала носиться, но её испепелила снайперской искрой Медузия Горгонова.

К Сарданапалу подошел Тарарах, вернувшийся из ангаров, где он тайком подглядывал за неприятельским драконом.

– Ну и дракон у этих невидимок! Настоящий буйный псих, а плюется-то как! Не успел я поднести глаз к щели, а он как шарахнет прямой наводкой! Клянусь пещерным медведем, от которого мне когда-то пришлось улепетывать, они влили ему в пойло ведра три ртути с красным перцем, – отдуваясь, сообщил питекантроп.

– Невидимки не пошли бы на это. Это не по правилам! – с негодованием возразил академик.

– Угу. Не по правилам. Но все так делают, – сказал Тарарах.

– Все делают, а мы не будем! Я не позволю даже малейших нарушений! – решительно заявил Сарданапал. – Тебе все ясно, Тарарах? И нечего тут сверкать своими хитрыми глазенками!

– Угу. Ясно. Не будем так не будем. Какой базар? – успокаивающе развел руками питекантроп.

Он уже успел тайком распорядиться, чтобы Гоярына напоили ртутью с перцем, так что теперь на душе у него было спокойно.