Таня Гроттер и Золотая Пиявка

Вначале Таня была уверена, что это комиксы или журнал экстремальной моды, но, приглядевшись, поняла, что это толстая книга в кожаном переплете. Со страниц книги тянуло копчеными летучими мышами и дурман-травой в невероятном сочетании с незабудками.

На корешке крупными буквами значилось:

«КАК СТАТЬ НЕОТРАЗИМОЙ. 500 ЗЕЛИЙ И ПРИВОРОТОВ ОТ КЛЕОПАТРЫ ЕГИПЕТСКОЙ».

Судя по древности книги, она находилась в закрытом фонде. Наверняка Гробыне пришлось выпрашивать её у библиотечного джинна.

– Что, проблемы с личным обаянием? Своими силами уже никак? – насмешливо поинтересовалась Таня.

– Отвянь, сиротка! – огрызнулась Гробыня. Она была занята. Воевать прямо сейчас ей не хотелось.

– А министерством здравоохмурения эти рецептики одобрены? Как там насчет побочных действий? Бакенбарды не вырастут? А ослиные уши? – уточнила Таня.

– У Клеопатры же не выросли, – буркнула Гробыня.

– А ты её уши видела? – поинтересовалась Таня. – А не видела, так у Ягге спроси. Говорят, они с Клеопатрой в молодости были подругами. Довольно долго дружили, пока не поссорились из-за одного шустрого лопухоида.

"Склепова раздраженно швырнула в Таню подушкой и снова уткнулась в книгу.

– Мерси за совет, Гроттерша! Я же не дура, чтобы сама всякую гадость глотать. Лучше я придумаю, как напоить ею Гурия, – заявила она.

«Несчастненький Пуппер! Угробит она его своими зельями. Хоть бы на Гломове, что ли, сперва испытала», – подумала Таня, забираясь под одеяло.

* * *Она давно уже спала, как спала и полная роковых замыслов Гробыня, по-злодейски сладко посапывавшая на своих «500 зельях», как вдруг забытая на столе свеча вначале вспыхнула, а затем погасла. Робкий скелет затрясся от ужаса. Черные Шторы отразили что-то совсем уж невероятное и опали.

Нечто незримое и неосязаемое метнулось сперва к Гробыне, а затем к Тане, но, в обоих случаях наткнувшись на магическую накидку, вынуждено было отступить.

«СКОРО!»

Той же ночью Тане привиделся кошмарный сон, превосходящий ужасом весь сериал вещих снов Веры Павловны, Снилось Тане, будто навстречу ей по темному коридору не то идут, не то плывут Гурий Пуппер, Гиви Поффер, Муся Броттер, Альфонс Доттер и даже какая-то напористая девица Оля Броддер, стриженная коротко, под мальчика.