Тайный враг для попаданки

Ее освещал желтый шарик, повисший в воздухе над головой.

Еще один шарик метнулся ко мне и выхватил из темноты тело Инии.

– На нас лиана напала, – просипела я.

Взгляд магистра метнулся к разбитому стеклу.

– Это она, – послышался слабый голос.

Это очнулась Иния. Она дернула рукой, которую я сжимала, и вновь отключилась.

– Вирунсеттия! – охнула магистр, увидев обрубки лиан.

Ее брови сошлись к переносице.

– Что вы натворили! Это редкое растение, единственное в своем роде!

– Ага, и оно пыталось нас убить.

– Убить?! – Элегия вмиг разъярилась, ее лицо побледнело от злости. – Это закрытая территория! Какого шварха вы здесь делали? Как умудрились разбить стекло? У вас запрещенный артефакт? Соучастник из старших?

Ругаясь, она быстрым шагом шла в мою сторону. Подойдя, схватила за руку выше локтя. Так крепко, что я вскрикнула от боли.

Кажется, под одеждой тоже набухли рубцы. Они горели, как от крапивы.

– Пустите, – я попыталась освободиться. – Мне больно. Я ничего не делала!

– Будете доказывать это в кабинете ректора! – хватка стала сильнее.

Вокруг как по заказу вспыхнули фонари.

Элегия всмотрелась в мое лицо."

"– А, так я тебя знаю, – ее тон из гневного стал обвинительным. – Ты с Бытового, помощница одной из невест. Решила расчистить дорогу графине Дормер?

– Нет, ничего подобного!

– Бессовестная! Так, может, ты и Викторию отравила? Признавайся сейчас же!

От изумления я потеряла дар речи.

***

Эта Элегия набросилась на меня ни за что. Я ведь ничего плохого не сделала, наоборот, хотела помочь девчонкам. Но вот уж правду говорят, не делай добра – не будет зла. Прямо классический случай!

Через минуту вокруг нас образовалась толпа. Откуда столько людей набежало? Я ведь буквально десять минут назад кричала и звала на помощь – никто не откликнулся. А теперь вокруг стоял гул, в котором я едва себя слышала.

Первыми появились дежурные старшекурсники с повязками на рукавах.

– А ты куда собралась? – остановил меня вкрадчивый голос. – Я тебя не отпускала!

Магистр Бастерс что-то спросила у лекарей, а потом снова, как сыч, уставилась на меня.

Ее взгляд не предвещал ничего хорошего.