Тайный враг для попаданки

В кабинете повисла гнетущая тишина.

Я вспомнила Теону. Скромная и незаметная девушка, в чьей внешности самым ярким была фиолетова форма стихийника. Кажется, она со второго курса.

Мы пересекались всего несколько раз, и одним из них был тот званый ужин. Она всегда носила книги не в сумке, а прижав их к груди, за что ее звали заучкой. Но я не знала, кто она и откуда.

Раздался странный звук. Он походил на бой курантов. Я вздрогнула и посмотрела на дядю. Тот закатил глаза.

Ортред глянул на свой перстень-часы и расплылся в улыбке:

– Время вышло! Сынок, расследованием займутся дознаватели, а тебе пора объявить свой выбор.

– Да, отец, – ответил принц сухим тоном. – Но, кажется, до полуночи еще десять минут.

А потом повернулся ко мне.

Наши глаза встретились, и мое сердце неистово загрохотало.

Айзен смотрел на меня глубоким взглядом. Решительным. Властным. Его лицо стало строже и будто бы старше. Как у человека, который принял непростое решение.

Меня немного потряхивало от всего, что случилось. От присутствия короля, пережитого нападения, новой информации о фениксах и Алисии.

Принц выглядел уверенным в том, что собирается сделать. И эта уверенность странным образом наполняла меня.

– Только не делай глупостей! – запоздало прозвучало предупреждение короля.

Но Айзен уже шагнул ко мне, взял за руку и с привычной чуть кривоватой улыбкой спросил:

– Не будешь ли так любезна сопроводить меня в зал?

Я растерялась.

Впрочем, мой ответ не потребовался.

Не успев ничего сообразить, я вылетела из кабинета как пробка из бутылки. За спиной хлопнула дверь. Мы буквально промчались мимо охранников на часах, пронеслись вихрем по коридору, притормозили на повороте, скользя обувью по гладком полу, и завернули за угол.

Там была лестница. Но Айзен вдруг толкнул меня в сторону, к стене. Впечатал в нее спиной, а сам навис сверху, уперевшись руками по обе стороны от моей головы и тяжело дыша.

Его глаза лихорадочно блестели. В них вспыхивали и гасли золотистые искры, те самые, что лишали меня собственной воли. А вокруг нас засветился купол тишины.

Пару секунд мы смотрели друг другу в глаза.

Пока я, облизнув пересохшие губы, не выдохнула:

– Что ты делаешь?

– Хочу поговорить, – сиплым тоном ответил он и жадно уставился на мои губы.

– Здесь?

– Можно и в зале, но там много свидетелей. А тут пока никого.