Тайна его сердца

– Мэри-Клэр Кенуорти, – зашипела она, – ты сейчас же скажешь мне имя отца ребенка или – помоги мне, Господи! – я не убью тебя по единственной причине – чтобы избежать повешения.

Девчонка лишь таращилась на нее.

Айрис еще крепче стиснула ей руку.

– У меня есть четыре сестры, Мэри-Клэр, одна из которых страшно мне досаждала. Поверь, я знаю, что говорю: ты будешь жить в аду.

– Но почему это так…

– Говори! – завопила Айрис.

– Джон Бернхэм! – завопила в ответ Мэри-Клэр.

Айрис отпустила ее руку.

– Кто?

– Это Джон Бернхэм, – повторила Мэри-Клэр, потирая синяк на руке.

– Почти?

– Ну, она всегда бегала к нему на свидания. И думала, что я ничего не знаю, но на самом деле…

– Конечно, ты знала, – пробормотала Айрис. Она прекрасно понимала, как строятся отношения между сестрами. Поэтому Флер не могла уйти куда-нибудь тайком от младшей сестры.

– Мне надо наложить повязку, – обиженно заявила Мэри-Клэр. – Посмотрите на эти синяки. Совсем ни к чему быть такой грубой.

Айрис пропустила это замечание мимо ушей.

– Почему ты ничего не сказала?

– Кому? – возмутилась девчонка. – Брату? Ему это понравилось бы еще меньше, чем история с Уильямом Парнелом.

– Но Джон Бернхэм жив и здоров! – воскликнула Айрис. – Флер может выйти за него замуж и оставить ребенка себе.

Мэри-Клэр высокомерно посмотрела на нее.

– Он – фермер, Айрис. Даже не йомен. У него нет собственной земли.

– Откуда в тебе столько снобизма?

– А в вас его нет?

Айрис отпрянула с отвращением.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Не знаю, – простонала Мэри-Клэр.

Вот именно. Айрис уже пережила это.

– Прикуси язык, – отрезала она. – Ты не понимаешь, о чем говоришь. Если бы титул деда позволял мне вести себя предосудительно, я никогда бы не вышла за твоего брата.

У Мэри-Клэр отвисла челюсть.

– Ричард всего лишь поцеловал меня, и я оказалась с ним перед алтарем, – взорвалась Айрис.

Айрис повернулась к Мэри-Клэр и пристально посмотрела на нее.

– Могу тебя заверить, если бы я забеременела от фермера-арендатора, то непременно вышла бы за него. – Она замолчала на миг.