Сыч – птица ночная

В это время там постоянно будет посредник — мой человек, который по описанию узнает тебя. Мы вместе придем в Центральный парк, сядем на скамейку, а посредник, когда убедится, что мы одни, без сопровождения, принесет дискеты. Как тебе?

— Сколько ты хочешь? — вяло поинтересовался Зелимхан.

— Поторгуемся, — я заговорщицки подмигнул ему. — Но сначала я требую освободить меня от гири, высыпать из ботинок подшипники — чекисты напихали, нехорошие люди — и покормить. Сейчас сколько времени?

— Двадцать три тридцать пять, — машинально ответил Зелимхан, бросив взгляд на свои часы, и тотчас же спохватился:

— А зачем тебе время? Тебе что — не все равно?

— Я после полуночи стараюсь не есть, — лживо сообщил я, мгновенно высчитывая время, необходимое полковнику для сбора казачьего резерва: если взять за основу обещанные два часа с момента обнаружения базы, штурм следует ожидать где-то в половине второго.

— Бери свою гирю, пошли, — сказал по-чеченски Зелимхан, держа руки скрещенными на груди и внимательно глядя на меня.

Я глазом не моргнул — продолжал осматриваться, словно ничего не понял. Показалось мне почему-то, что совсем не обязательно знать моему давнему врагу о том, что я владею его родным языком.

— Очень хорошо! А вообще я сомневался… — констатировал Зелимхан и отдал распоряжение своим телохранителям:

— Этот человек крайне опасен. Убивать его пока что нельзя — он мне нужен. Вы не будете спать всю ночь — за ним нужно непрерывно наблюдать.

— Я есть хочу, — напомнил я. — Где твое горское гостеприимство?

— Бери свою гирю, пошли, — распорядился Зелимхан. — А что там, говоришь, за подшипники у тебя в ботинках?

Я объяснил. Ахсалтаков хмыкнул и менять ничего не пожелал:

— Пусть так и будет. Тут недалеко идти. Давай — пошли…

Через десять минут мы с грехом пополам преодолели сотню метров до приземистого каменного строения, вплотную прилипшего к противоположному склону котловины. Пока перемещались, я имел возможность поверхностно облицезреть детали окружающего ландшафта и пришел к выводу, что на базе у Зелимхана присутствуют едва ли более полусотни бойцов — судя по числу каменных лачуг, ровным строем расположившихся на дне котловины.