Сыч – птица ночная

 — Так я это не из любви к ближнему. Просто смысла нет. Понимаешь? А завтра тебя везти. Если бы из этого был толк, я не стал бы их отговаривать… — Тут плешивый внезапно переключился и вкрадчиво спросил:

— А ты, говоришь, действительно все это один провернул?

— Один, Женя. Один. Никакого гипнолога в помине не было. Ну что за ерунду вы тут выдумали? Какой, на хер, гипнолог? Ты мне лучше скажи — отчего это эти двое так расстроились? У них что — правительственное задание по отлову моей команды? Ордена накрылись?

— Ну, насчет гипнолога ты не прав, — возразил Женя.

 — Тут как раз весьма типичный случай. Хороший спец может в течение десяти минут внушить тебе, что ты сроду не видел никого из своих близких и вообще родом из Вьетнама. И ты под пыткой будешь корячиться, кричать, что ты вьетнамец. Это дело такое… А по поводу расстройства этих двух… — тут Женя неожиданно как-то легкомысленно хохотнул. — Ну, тут все просто. Что лучше, один «лимон» баксов или четыре?

— Не понял, — вяло насторожился я.

 — Что ты хочешь сказать?

— Установлено, что в ликвидации верхушки клана Acланбековых принимали участие пятеро славян, — сообщил Женя. — За каждого кланом обещан миллион баксов. За живого и в приличном виде. За голову — двести штук баксов. Теперь ясно?

— Оба-на! — тихо воскликнул я и прислушался к своему организму — как там адреналин, сердечко, кровь к лицу и все такое прочее? А никак — пустота. Полный пофуизм. А может, это и к лучшему?

— Ну мы выяснили из твоей болтовни, что пятый славянин — некто Братский, подсадка Ахсалтакова — в природе отсутствует, — продолжал Женя, вольготно развалившись на стуле.

 — Итого — вас четверо. Четыре «лимона». Нормально?

— Ага, — согласился я. — Неплохо. Только поздновато что-то. Асланбековых зачистили более года тому назад, а только сейчас премию выставили…

— Да нет — заказ мы получили как раз год назад, — опроверг меня Женя. — В числе прочей работы… Но так получилось, что только сейчас фортуна улыбнулась нам. Мы на тебя вышли буквально на днях — аккурат перед той самой вашей акцией против коридорной группировки.

Подсели, повели — вот результат.

— Как вышли? — деловито поинтересовался я. — Или секрет?

— Информация поступила, — уклончиво буркнул Женя. — От надежного человечка.

— Попцов, — беззлобно констатировал я. — Более некому. Я его расчленю.

— Вряд ли, — не согласился Женя, вставая со стула и потягиваясь. — Тебя уже нет. Завтра тебя повезут в ЗОНУ, на обмен. Нет — на продажу.