Личная помощница для тирана

Я теряюсь. Что я сделала-то?

— Эмм... да. Вы же разрешили...

Может, я как-то не так его поняла?

— Куда? — грозно спрашивает он, хмуря брови.

— Н-на свидание, — испуганно бормочу я.

Его глаза вспыхивают гневом.

— Что?! Это исключено!

39.

В смысле?

— Что это значит, Тимур Борисович? — непонимающе хлопаю я глазами.

— Тои значит! — явно сердится он. — Кофе мне принеси!

Он разворачивается и уходит в свой кабинет.

Нет, нормально вообще?

Так, стоп! Я же ему только что сделала кофе! У него от такого количества глаза-то не вылезут?

Чуть поколебавшись, завариваю зеленый чай и несу шефу в кабинет.

— Что это? — сердито спрашивает он, подозрительно глядя на чашку.

— Чай. Зеленый. Много кофе вредно, — тоже сердито отвечаю я.

Он хмурится.

— Ты решила заботиться о моем здоровье?

— НУ, кто-то же должен, — пожимаю я плечами.

— Ты туда плюнула что ли? — сощуривается он.

Ну совсем уже!

— Думаете, если бы я туда плюнула, то после вашего вопроса бы созналась?

— Я не буду пить этот чай! — сверкает он глазами.

Вот же... слов приличных не подобрать!

— Ну и не пейте! Не больно-то и хотелось!

Он вдруг встает со своего кресла и медленно, словно хищник, начинает приближаться ко мне.

— Ты как со мной разговариваешь? — я слышу отчетливую угрозу в его голосе.

Ой, мамочки...

— Н-нормально я разговариваю! — испуганно отступаю я в сторону двери.

Так, что тут происходит? Он пытается меня отвлечь? Чтобы я забыла о его возмутительном запрете идти на свидание? Что за дела вообще?

Тут злость перевешивает страх:

— У вас ведь на самом деле нет для меня никакой работы!

— Нет, — подтверждает он мои сомнения.

Я так и знала! Даже не пытается отрицать! Это вообще ни в какие ворота! Это называется самодурство!

Поворачиваюсь в сторону выхода.

— Тогда я ухожу! — сердито бросаю я.

— Это вряд ли, — его ладонь ложится на дверь передо мной, захлопывая ее. — Я скажу, когда тебе можно будет уйти.

Нет, нормально вообще?

Я разворачиваюсь и тут же краснею, встречаясь с его пронизывающим взглядом.

От чувственного запаха его парфюма кружится голова.

— Вы не имеете права! — возмущаюсь я, но получается как-то жалко. — У меня тоже, знаете ли, может быть личная жизнь!

Он буквально нависает надо мной, заставляя сердце биться чаще.

Я перевожу взгляд на его четкую линию челюсти и решительный подбородок.

Сглатываю.