Сто оттенков страсти

Роман не дал разрешения хозяйничать в кухне, но ведь и не запретил. Значит, без зазрения совести могу рыться в его запасах, и все, что мне приглянется, не стесняясь, съем.

«Похитил, пусть кормит!» — с таким девизом вошла в просторную шикарную кухню.

Да!..

Шкафов много — толку мало! Эта кухня словно была создана для любования. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять — ею не пользуются. Все такое дорогущее… и совсем нетронутое!

В морозилке пусто! В холодильнике две банки тушенки и десяток яиц.

""Ура, в этом доме есть соль и черный перец!» — обрадовалась я, найдя полные баночки."

"На барной полке небрежно лежал пакет из «Пятерочки», такое ощущение, что он сюда попал случайно. Не вписывался он в идеально чистую кухню. В пакете лежали манка, рис и макароны.

«О счастье, я сегодня не умру с голоду! Отварю и обжарю макароны с тушенкой!»

Под барной стойкой находился специально оборудованный под напитки шкаф. Жаль, что я не люблю спиртного, этого добра здесь было в изобилии.

Что делают люди, когда плотно поедят? Правильно, их клонит в сон, и я не исключение. Мешало расслабиться и уснуть мое богатое воображение. Все это время я не переставала думать о нас с Лизой. Поможет ли Алмазов забрать племяшку?

Он не спросил об Оксане, не поинтересовался дочерью, а его предупреждение, что обо всем поговорим вечером — не успокаивало. А если ночью он планирует со мной расправиться?..

Нет, так просто сдаваться я не собиралась.

«Записки!»

Первое послание оставила на страницах личного дневника. Вырвав из него же несколько страниц, принялась переписывать текс.

«Я — Никитина Катерина. Мне 19 лет. Живу в городе Ставрополе по адресу ул. Мирная 28.

Я очень люблю жизнь! Умирать не собираюсь, у меня далеко идущие планы на будущее. Обожаю свою племянницу Лизу, которую я обязана вырастить и воспитать.

В случае моей смерти винить прошу Алмазова Романа. Он опасается, что о его внебрачной дочери узнает супруга. Алмазов даже обещал со мной расправиться».

Вроде, все понятно, до остального полиция сама докопается. Последнее предложение, конечно, чистой воды выдумка… Ладно, убирать его не буду.