Сердце Дракона. Двенадцатый Том. Часть 2

Длинные уши висели в разные стороны, а из висков торчали маленькие рожки, над которыми, уже из самой головы, вились куда более внушительные костяные украшения.

Собственно, рога произрастали не только на голове существа, но и окаменелыми костями, как у ощипанной птицы, они торчали из спины и боков.

Фигура, закутанная в шубу из черного меха, скрепленную стальным замком, опиралась на трость, так же скрытую внутри печати."

"Темная, бледная, лишь её яркие глаза кровавого алтаря сверкали во тьме.

— Да… враг… мы вновь встретились с тобой.

Хадажр уже хотел сказать, как часто он это слышит, но осекся.

Существо назвало его не потомком Врага, а… Врагом?

— Помоги мне, Хаджар! — Фрея, оставляя позади потоки золотого сияния, пролетела рядом с Хаджаром. — не дай ему полностью освободиться из печати!

Да… точно…

Надо было сражаться.

Хаджар бросился следом за посланницей богов.

Глава 1080

Глава 1080

Орун, как и Мастер, как и Травес, как и Тень Бессмертного учили, что сражаться надо всегда лишь на девяносто процентов от силы, оставляя десять на то, чтобы перевесить козырь в рукаве противника, или чтобы вовремя спасти собственную жизнь.

Думал ли так же Безымянный адепт, которого Хаджар убил одним ударом, но так и не успел вовремя забрать артефакт-фонарь, он не знал.

Но если бы не фонарь… то вряд ли Хаджар, даже используй он сто процентов своего арсенала, смог бы пробиться через зеленых “змей” ведьмы.

Но в данный момент, когда видел перед собой невысокую фигуру, постепенно взбирающуюся из трескающейся, стеклом крошащейся печати, то чувствовал необъяснимое.

Будто он смотрел не на рогатого, человеко-подобного козла, а на… далекую звезду на небосклоне, на луч весеннего солнца, на силуэт огромной горы, высящейся где-то неподалеку от самого горизонта.

Это было не обычное существо из плоти и крови, даже не дух, состоящий из энергии.

Нечто метафизическое.

Нечто нереальное.

Находящееся на совсем ином уровне бытия.

— А-а-а-а-а! — закричал Хаджар.

Давно уже не происходило такого, чтобы он чувствовал необходимости “подбодрить” себя боевым кличем. Имя ветра стало его дыханием, закрутились вихри истинного королевства меча синего ветра. Пропитанное волей, оно буквально “просачивалось” в эту реальность в форме синего света, вспышками мерцающего всюду в радиусе двух километров.

Меч Хаджара засиял молодым факелом, а глаза его вспыхнули драгоценными камнями. Он вложил в этот удар все, что у него было.