Хаски и его учитель белый кот. Том III

Множество пар других ладоней прижимались к этой последней преграде между двумя смертными мирами. Синий духовный поток, изумрудный, красный… мириады разноцветных лучей духовной энергии устремились к разделяющему небо и землю огромному барьеру.

Очень медленно тотем с обвитым змеиным телом черепашьим панцирем засветился в опустившихся на этот мир сумерках. Змеиный хвост Сюань-У лежал на земле, а голова была поднята к небесам. Это была та самая защитная печать великого хранителя Сюань-У, зажженная совместными усилиями множества людей.

И в этот же миг поднятые изначальным фениксом Шихуаном огромные водяные валы и яростные волны разлившейся Хуанхэ вплотную приблизились к барьеру, готовясь ударить по нему с силой мчащегося во весь опор табуна из десятков тысяч коней.

Люди были напряжены до предела, все глаза были прикованы к наступающей на них стене грязно-желтой воды.

— Приготовьтесь, уже близко…

Как только голос стих, гигантская волна высотой в тысячи метров поглотила небо и с сокрушительной силой обрушилась на них! Водяные брызги разлетелись во все стороны!

— Держитесь!

Несмотря на защиту магического барьера Сюань-У, подобно свирепому и прожорливому зверю Таоте[308.

Цзян Си повернулся и строго прикрикнул:

— Нужно больше людей!

Но, увидев как разворачивается ситуация, все меньше людей осмеливались выйти вперед.

К этому времени Сюэ Мэн уже закончил рисовать руны, активирующие заклинание Десяти Тысяч Волн, Обращенных Вспять. Как только он подкинул талисман высоко в небо, тот ярко вспыхнул и тут же тысячи молний с грохотом раскололи небесную твердь, распространившись по Пространственно-временным Вратам Жизни и Смерти.

Пока авангард сдерживал воды Великого Потопа, в тылу заклинатели вливали духовные силы в Десять Тысяч Волн, Обращенных Вспять, изо всех сил пытаясь закрыть огромную трещину, разорвавшую пространство и время двух миров. Однако разлом был слишком велик, так что какое-то время было непонятно, удалось ли им хотя бы немного уменьшить его, из-за чего беспокойство в сердцах людей лишь усилилось.