Хаски и его учитель белый кот. Том III

Наконец, придя в себя, он резко повернулся к Мэй Ханьсюэ и в ярости закричал:

— Сучье отродье, это кто тут глупый?!

— Мэн-эр! — Сюэ Чжэнъюн попытался увести его.

— Этот человек назвал меня глупцом!

— Да ладно тебе, ты просто ослышался. Конечно, Ханьсюэ ничего такого не говорил.

— Потому что он сказал это мне на ухо!

Пока они препирались, Цзян Си подсчитывал раненых и оценивал обстановку. Закончив с этим, он распорядился, чтобы какое-то время все оставались на местах, залечивали раны и медитировали. Он понимал, что даже самая мощная боевая сила может истощиться, также как натянутая до упора тетива лука может ослабнуть, а стрела — затупиться.

Отдав нужные распоряжения, Цзян Си подошел к Наньгун Сы:

— Наньгун, я хочу у тебя кое-что спросить.

— Пожалуйста, говорите, глава Цзян.

Однако Цзян Си не спешил переходить к делу, бросив красноречивый взгляд на Е Ванси.

— Она может остаться, — сказал Наньгун Сы.

— А я думаю, что ей все же лучше отойти, — на этих словах взгляд Цзян Си переместился на грудь Наньгун Сы, точно в ту область, где раньше находилось его духовное ядро.

После того как Е Ванси отошла, Цзян Си сел рядом с Наньгун Сы.

— Что насчет твоего духовного ядра? Намерен и дальше это скрывать?

Взгляд Наньгун Сы потускнел:

— Я пока не знаю, как ей сказать.

— Боишься, что она отвергнет тебя? На самом деле, я считаю, что ты слишком много себе надумываешь, барышня Е отнюдь не из тех…

— Нет, — перебил его Наньгун Сы, — я не боюсь, что она отвергнет меня, просто не хочу, чтобы она переживала из-за этого.

— … — Цзян Си замолчал. Похоже, в глубине души он все же был немного задет необъяснимым высокомерием и гордыней Наньгун Сы. — А ты на удивление самоуверен, — с усмешкой сказал он.

— Глава Цзян ошибается. Дело не в моей самоуверенности, я просто верю ей.

Услышав его жесткий и твердый ответ, Цзян Си холодно заметил:

— Ты сейчас не опаснее тигра, спустившегося в долину[222.

— Этого не случится.

После паузы Цзян Си спросил:

— Выходит, сейчас ты и мне веришь?

— Пока мы поднимались сюда, я также смог понять, что за человек глава Цзян, — ответил Наньгун Сы, — поэтому, думая, что моя жизнь вот-вот оборвется, именно вам я сказал те самые слова.