Солдат - всегда солдат

Забравшись в прицеп, он обвёл своих попутчиц долгим, задумчивым взглядом и, вздохнув, негромко сказал:

— Вот и всё, девчонки. Я снова на службе. Видите, даже автомат вернули, — с грустной улыбкой добавил он, тряхнув оружием.

— А мы? — спросила Настя, и в голосе девушки прозвучал явный испуг.

— А вам пора отправляться в пункт сбора беженцев.

— Зачем? — насторожилась женщина.

— Вам нужно зарегистрироваться, выяснить, где тут можно поселиться, и узнать, можно ли найти работу, — старательно перечислил Димка, пытаясь аргументировать свой ответ.

— Ну зарегистрироваться, это понятно. А почему мы не можем здесь жить? И куда мне работать? У меня ребёнок маленький, — не унималась Настя. — Кто за ней присматривать будет?

— Для работающих предусмотрен больший паёк. А жить в этом прицепе вы больше не можете. Я получил приказ переставить его во внутренний двор комендатуры, а туда посторонним вход воспрещён, — нехотя признался Димка.

— Значит, мы больше не увидимся? — тихо всхлипнула женщина.

— Да нет же! Я буду служить здесь, и вы всегда можете прийти сюда во второй половине дня, — решительно возразил солдат.

— И что ты тут будешь делать? — продолжала допрашивать его Настя.

— Днём по стройкам, на тракторе, а ночью внутренний периметр комендатуры охранять.

— Один?!

— С Султаном. Он ведь тоже на службе, — улыбнулся парень.

— Ещё скажи, что на него и паёк выделяют, — не поверила женщина.

— Выделяют, — с серьёзным видом кивнул солдат. — Его ведь не покорми, он примется ночными прохожими питаться.

— Это шутка такая? — растерялась Настя.

— Какие тут на фиг шутки. Это зверь. Хищник. И шутить с ним не стоит, — вздохнул солдат, задумчиво глядя на мирно спящего пса.

— И ты не боишься оставаться с ним один на один?

— А чего тут бояться? Охотиться он начнёт, если совсем оголодает. А пока у меня пайка есть, и он поест. Одному мне кусок в глотку не полезет, если рядом кто-то голодный.

— Ясно. И куда нам идти? — грустно вздохнула Настя.

— Подождите меня тут. Я трактор переставлю и отведу вас.

Дождавшись, когда попутчицы покинут прицеп, он запустил двигатель и, подъехав к железным воротам с приваренными к ним железными звёздами, громко посигналил. Вышедший из неприметной двери солдат окинул трактор долгим, цепким взглядом и, кивнув, снова исчез в проходной. Раздался гул мотора, и ворота медленно разъехались в разные стороны.