Софья - королева данов (СИ)

Казалось бы ничего уже не может омрачить нашу жизнь, но всё же было то, что не давало покой не мне, не Магнусу. Мы хотели ребенка, нашего ребенка.

Но сколько бы мы не молили об этом Бога, наши молитвы не были услышаны.

Порой мне казалось Магнус несчастен со мной, как любой мужчина, он хотел наследника. А я не могла ему это дать...

Магнус от природы не многословный, никогда не говорил со мной об этом. Он не говорил со мной о ребенке, но я чувствовала, что это гнетёт его. Видя, что я печалюсь, и не понимая причины, Магнус стал спрашивать меня, в чём моя печаль.

- Софья, я вижу что ты вновь потухла. Боль в твоих глазах разрывает мне сердце. Поговори со мной, любимая, расскажи.

- Магнус, всё хорошо, - я боялась причинить ему боль.

- Может ты печалишься о сыновьях, или дочери соскучились по братьям? - он присел рядом

- Нет, любимый. Вести приходят регулярно, сыновья в здравии. Не о том, моя печаль.

- О чём же любимая? - Магнус обнял меня.

- О тебе, о нас...- Магнус слегка отстранился и заглянул мне в глаза.

- О нас? - он насторожился и я это увидела.

- О том, что не могу подарить тебе сына или дочь. Я виновата...

Не дав мне договорить, муж вскочил на ноги.

- Нет в этом твоей вины!!! Это я грешен!

Магнус был сильно взволнован, но всё же продолжил говорить.

- Мой грех, это я сжег баню...

Я поняла про какую баню он говорил. Ту в которой сгорела любовница моего первого мужа, короля Вальдемара.

- Успокойся любимый, то не твой грех, а Вальдемара.

- Откуда знаешь?

- Аббат говорил со мной.

- Любимый, ты самый добрый человек из всех кого я знаю. Это я виновата, лет уж много мне для материнства.

- Софья, нужно мне очищение от грехов, хочу пойти вместе с воинами императора на Святую землю, может Господь наш смилостивится, и пошлёт нам дитё.

-Магнус, нет. Останься со мной, прошу тебя."

"Уговоры мои не подействовали, Магнус принял решение. Я знала и любила его таким, упорным, настойчивым и твердым. Он никогда не юлил, был честен во всём и со всеми.

[1] Хофтаг - неофициальное собрание, сейм.

[2] Генрих умрет молодым в 28 лет, банально от выпитой в жаркий день холодной воды, сгорит за несколько дней в лихорадке.