Смерть играет

Он подтвердил наличие роговых очков и был почти уверен, что у незнакомца были усы, но этим его помощь и ограничилась.

Тримбл пожал плечами:

— Очень хорошо. Возможно, со временем мы найдем кого-либо, кто был более наблюдательным. Ну а теперь, думаю… Да? В чем дело?

Это оказался сержант Тейт, примчавшийся из гаража Фаррена с наспех составленным отчетом, который он с довольным видом вручил инспектору.

Тримбл взглянул с видом полного отвращения.

— Это невозможно читать, — сказал он и вернул отчет сержанту.

— Потом я отдам его напечатать, — тяжело дыша, еле выговорил сержант.

— Прекрасно. Просто расскажите самую суть, а потом пусть его перепечатают должным образом.

Тейт извлек из кармана старомодные очки в стальной оправе, медленно протер их, водрузил на нос и стал читать:

— Заявление Уилфреда Фаррена, сорока шести лет, национальный регистрационный номер ДНЕА 335. «Я являюсь владельцем предприятия, известного как „Гараж Фаррена и услуги по прокату автомобилей“, расположенного по адресу 252, Хай-стрит, Маркгемптон.

— По моим часам было десять минут шестого! — с достоинством возразила миссис Бассет.

— Вы уже это говорили, мадам.

— Он ошибается. Мои часы самые…

— Продолжайте, сержант, — перебил ее Тримбл.

— «…я приказал своему служащему, Джону Фоху Даукинсу, взять одну из моих машин, номер РУДж 762, на станцию Истбери и встретить там некого мистера Дженкинсона, который прибудет поездом в семь пятьдесят девять.

— Каким поездом, он говорит? — удивленно воскликнул Диксон.

— Семь пятьдесят девять, сэр. «Машина покинула гараж в…»

— Но я же сказал в семь двадцать девять! Семь пятьдесят девять было бы слишком поздно для концерта.

— «Машина покинула мой гараж…»

— Остальное не важно, сержант, — сказал Тримбл. — Думаю, мы узнали от мистера Фаррена все, что нам нужно."

"— Очень хорошо, сэр.

— Я не намерен это слушать. Что ж, мистер Диксон, это по крайней мере проясняет хотя бы одну часть загадки. Теперь нам известно, почему шофер Фаррена не смог встретить мистера Дженкинсона. Вы совершенно уверены, что называли время семь двадцать девять?

— Абсолютно.

— Несомненно, я сама это слышала, — подтвердила миссис Бассет. — Фаррен становится слишком небрежным.