Смерть и немного любви

И очень боялся, что она не заметит. Он старался держать весь процесс поиска одинокой брошенной женщины под контролем.

И у него была возможность выкрасть из фотолаборатории собственные негативы, инсценировав кражу. Зачем? Для того, чтобы пленки не попали в руки милиции. Потому что на отснятых в загсе пленках нет кадра со Светланой Аллеко.

Осталось только выяснить, была ли у него возможность доставать адреса невест.

И еще одно, самое главное: зачем? Зачем он все это делал?

Глава 14

– Антон Шевцов? Конечно, мы все прекрасно его знаем, он постоянно у нас подхалтуривает.

– Антон, фотограф? Да, он часто здесь бывает…

– Шевцов? Знаю такого. Он почти каждую субботу приезжает…

Коля Селуянов объезжал московские загсы, чтобы выяснить, есть ли у Антона Шевцова там знакомые. Знакомых оказалось много. Наконец удалось выяснить, каким образом он узнавал адреса невест.

– Антон периодически просил у меня адреса и телефоны тех, кто в ближайшее время собирается регистрироваться. Конечно, я давала ему эти сведения, никакого секрета тут нет, ведь в заявлении на регистрацию все указано.

– А зачем ему эти сведения, он не говорил?

– Говорил, что хочет предварительно переговорить с ними, предложить свои услуги, и если они соглашаются, договориться о количестве снимков, формате, качестве пленки, цену обговорить. Знаете, когда люди уже в загсе, создается такая суматоха, волнение, что они потом сами не помнят, с кем и о чем договаривались. Бывает, адрес свой забудут оставить или еще что-нибудь.

Такой же ответ Селуянов получил и в других загсах. Все постепенно становилось на свои места. Антона, как выяснилось, не обыскивали, когда на место убийства приехала опергруппа. Когда имеешь дело с толпой в пятьдесят человек, каждый из которых может оказаться убийцей, никому и в голову не пришло проверить сумки и карманы у человека, помогающего им, да еще по просьбе Каменской. А ведь кофров с камерами у Шевцова было несколько…

* * *Пока Селуянов собирал сведения в загсах, Юрий Коротков сидел в кабинете ответственного работника медицинского управления, который занял этот пост сравнительно недавно, а до этого много лет возглавлял военно-врачебную комиссию.

– Да, ему было отказано, – сказал он, перелистывая подшитые в папку документы.