Смерть и немного любви

– Внизу у входа есть телефон, – ответил ей коротышка, махнув рукой в сторону лестницы.

Настя, не обращая внимания на удивленные взгляды родителей и мужа, стала протискиваться сквозь толпу к лестнице.

– Юра, – быстро сказала она, когда Коротков снял трубку, – запроси в загсах все сведения за три года о парах, которые подали заявление, но не явились на регистрацию.

– Погоди, – оторопел Коротков от ее натиска, – ты откуда звонишь? Ты же собиралась на какой-то светский раут?

– С раута и звоню. Сделаешь?

– Ну ты, мать, в своем репертуаре, не отдыхается тебе.

– Не сейчас. Позвони мне домой после одиннадцати, расскажу.

Она вернулась наверх и с трудом разыскала свое семейство, которое за время ее отсутствия успело переместиться в соседний зал.

– Мам, а конец скоро? – робко спросила она.

Надежда Ростиславовна кинула на нее строгий взгляд, не допускающий никаких возражений.

– Нет, еще фуршет и аукцион лучших работ Моспановой.

– Это надолго?

– Не меньше двух часов, а то и все три.

– Мама… – взмолилась она.

– Ну ладно, – внезапно смягчилась мать. – Иди уж. Я вижу, ты действительно мучаешься. Смотреть жалко.

Настя обрадованно схватила Чистякова под руку и потащила его к выходу.

– Садистка, – объявил он, садясь в машину и включая зажигание. – Поесть на халяву не дала. Будешь за это готовить ужин.

– Буду, – согласилась она. – Можешь из меня веревки вить, я на все готова.

– Из тебя совьешь, как же, – усмехнулся он.

– Ты что, Лешик, – насторожилась она. – Ты чем-то недоволен? Хотел остаться?

– Конечно, хотел. Я посмотрел каталог аукциона и выбрал совершенно изумительный пейзаж. Хотел тебе подарить. А ты… Никогда у меня с тобой ничего не получается.

– Прости, милый.

Ей стало неловко. Она ласково погладила мужа по волосам и потерлась носом о его плечо. Леша молча вел машину, лицо у него было расстроенное.

– Ну прости, Лешенька. Ну я дура. Что ж теперь сделаешь?

– Это точно, ничего не сделаешь, – мрачно подтвердил Чистяков.

* * *Наутро оказалось, что в редакцию позвонили еще четырнадцать женщин. Настя схватилась за голову.

– Ты представляешь, сколько их было, писем этих? – сказала она Леше, который к утру уже забыл о своей обиде. – Ведь позвонили только те, кто читает «Криминальный вестник». Или их знакомые читают, которые знают про эти письма.