Сломай меня

– А Рэйвен? Она уже держала ребенка? – спрашивает он.

– Еще нет, как я уже сказала, ее сейчас зашивают. Так вы хотите зайти? Посмотреть на своего малыша?

Наш брат прерывисто выдыхает, и я замечаю, что его взгляд затуманен. Он быстро кивает и отпускает нас. Смотрит на меня, на Кэпа.

– Иди давай, – шепчет Кэп. – Мы подождем тут.

Мэддок исчезает за двойными дверями, а еще через пятнадцать минут они снова распахиваются.

Рэйвен лежит, держа в руках маленькое, свернутое в кокон одеяльце. Мэддок стоит рядом с ней.

На меня что-то находит, проникает в самое сердце.

Никогда в жизни я еще не видел на лице брата такое выражение, я не могу даже его описать.

Словно впервые за всю его жизнь он… цельный. Все в нем на месте.

Какое это невероятное, должно быть, чувство.

Вдруг появляется Виктория, поднимает руки ко рту, и у Рэйвен вырывается сдавленный смешок.

Потом Рэйвен находит взглядом меня, и я подхожу ближе.

Ближе к ней, ближе к моему брату, ближе к их ребенку.

Тихие шажочки Зоуи звучат у меня за спиной, и я просто не могу к ней не повернуться – как и все остальные.

Мы смотрим на нее, и она замедляет шаг в своих маленьких тапочках с собачьими ушками. Отец и Мейбл идут следом за ней.

Я достаю из коробки подарок и опускаюсь перед Зоуи. Она неохотно отрывает взгляд от Рэйвен и переводит на меня.

Подмигивая, кладу в руки Зоуи розового плюшевого волка.

Она улыбается, кивает и смотрит на отца.

Кэптен наклоняется, поднимает девчушку и подносит прямо к Рэйвен.

– Малыш не спит, Рэй-Рэй, – говорит она.

– Нет, Зо-Зо, – улыбается Рэйвен. – Малыш не спит.

Потом Рэйвен смотрит на меня.

– Ну, скажи нам, дядя Бро. УЗИ было верным?

Я шагаю к ней, смотрю на идеального ребенка в одеяльце и еле сдерживаю эмоции, которые так и рвутся наружу."

"Достаю из коробки второго плюшевого волка и кладу возле нее.

Рэйвен резко втягивает воздух, и я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в висок.

– Да, оно было верным, – шепчу я, глядя ей в глаза. – Ты молодчина, Рэй-Рэй.

Зоуи наклоняется ближе и заставляет всех нас потерять последние капли самообладания, когда она впервые шепчет своему двоюродному брату:

– Я люблю тебя, мой лучший друг. Очень, очень сильно.

Глава 26

Ройс

Никто не хотел уезжать из больницы, мы все категорически отказывались, пока Мейбл не применила к нам свое колдовство. В конце концов мы согласились уехать домой поспать, предупредив, что вернемся, как только откроем глаза.