Славные парни по-русски. Нерассказанная история. Книга 1

Мэлс со своим напарником, сидя в неприметной «Таврии», наблюдал за подъездом дома и двором.

Группа Солдата заняла позицию в стороне от них. Связь поддерживали по рациям.

Ожидание затянулось на несколько дней.

Наконец, 13 февраля 1996 года Кутеп появился во дворе дома. Солдат и Марат, получив условный сигнал от Мэлса, вышли из машины и, стараясь не привлекать к себе внимания, двинулись ему наперерез.

Вдруг, когда стрелки уже вышли на исходную, во двор въехала машина ППС. Мэлс занервничал и, маякуя по рации о прекращении операции, спешно снялся с места.

Но Солдат – блин, Солдат… это же самонаводящаяся торпеда: «вижу цель, не вижу препятствий» – на сигналы Мэлса не отреагировал. Немного сбавив шаг, Саня и Марат спокойно следовали за целью. Как только патрульная машина скрылась, они приблизились к Кутепу и Солдат произвёл в него несколько выстрелов, а Марат продублировал его, сделав «контрольку». Затем они без лишней суеты прошли к ожидавшей их машине и убыли восвояси.

Я в это время находился в Греции.

Марат с той самой бородой

И вот вечером 13 февраля, мы с Солоником как раз были дома, звонит Марат и говорит, между прочим:

– Я сбрил бороду!

А я затупил и в недоумении спрашиваю:

– Зачем?

На том конце провода повисла тишина, и тут до меня, наконец-то, дошло… Кстати, бороду после этой работы Марат и правда сбрил.

А через два дня, 15 февраля, был убит Владимир Чибирёв, Младшой. Исполнил его, насколько я знаю, лично Сергей Зимин.

После устранения Кутепа мы, при посредничестве и поддержке Славы Маленького, без труда нашли общий язык с «Дагишем» и вместе с «курганскими» получили долю в «Новоарбатском».

Культик (как, впрочем, и я), считавший «курганских» бессребрениками и частенько помогавший им деньгами, предложил, чтобы «Новоарбатским» и контролем «Дагиша» занимались непосредственно они, само собой, передавая нам нашу долю.

Смерть Культика, Дракона и Оси

Ещё 13 февраля 1996 года, когда обсуждал с Солоником ликвидацию Кутепа, меня насторожили, вернее, были непонятны некоторые его высказывания в отношении «коптевских», и я аккуратно, пытаясь прояснить для себя этот вопрос, время от времени общаясь с Солоником, как бы невзначай возвращался к этой теме.