Сильнее ветра 2. Горизонт свободы

"

"Я так хотела увидеть мир, недоступный обычным зевакам, что не сразу смогла принять факт, что он может быть пресным, скучным и совсем неинтересным даже для моей жадной до знаний натуры. На мой взгляд, в спортивном секторе происходили более интересные события, а его персонажи поражали своей живостью, яркостью и колоссальным зарядом энергии.

Досконально рассмотрев высокий потолок, отделанный молдингом, я подцепила бокал с шампанским у проходящего мимо официанта и, убедившись, что Леон всё ещё поглощён разговором, отпустила его руку и двинулась вглубь освещённого зала.

Дом известного миллиардера оказался роскошнее, чем я предполагала. И, если мрамору и итальянскому стеклу я удивлялась ровно считанные секунды, то терраса с видом на ночной пролив Лонг-Айленд впечатлила, а картина Энди Уорхола так и вовсе заставила замереть на месте. И не просто замереть, а познакомить мою челюсть с полом.

Стена, на которой висело одно из самых дорогих произведений искусства, была покрыта металлизированными обоями. Они отражали свет хрустальных люстр, расширяли пространство и создавали эффект погружения, из-за чего происходил обман зрения, и складывалось ощущение, что картина находится внутри стены.

Полотно было очень большим и поделённым на две части. Правая сторона пустовала. А вот левую занимало пятнадцать фотографий врезавшегося в дерево автомобиля, и я, стараясь отогнать опасные эмоции, вызванные автокатастрофой, пыталась сосредоточиться на выискивании невероятного дара художника, за творения которого люди чуть ли не на смерть готовы были биться на аукционах.

– Необычная, правда?

Видимо, Леон всё же заметил моё отсутствие и решил найти беглянку.

– Это просто фотографии. Причём не самые приятные.

Он подошёл ближе, и гладкая ткань его пиджака коснулась моей обнажённой руки.

– Большинство этих людей, – Леон кивнул подбородком в центр зала, – с тобой не согласится.

– Большинство из них видит лишь цену, а не суть.

Леон ухмыльнулся.

– Думаю, Алексу приглянулись бы твои размышления. Несмотря на то, что он купил её больше, чем за сто миллионов долларов.

– Это подлинник?! – Вероятно, шок на моём лице выглядел чересчур комично, раз Леон не смог сдержать улыбки.

– Даже учитывая его нелюбовь к искусству, копий в его доме ты не найдёшь.

– Зачем тратить столько денег на то, что не нравится?

– Его жене нравится, – пожал плечами Леон, словно этим всё сказано, и, наклонившись ближе, заговорщически шепнул: – И чтобы такие, как мы, стояли возле неё с раскрытыми ртами.