Сирота

Просто захотелось. Протяжно так получилось. Да еще и тональность вышла на удивление низкая, какая-то утробная и очень неприятная на слух.

Мгновением спустя из-за забора послышало ответное рычание.

Андрейка словно по наитию сделал быстрый шаг в сторону и резкий кистевой удар саблей. Снизу-вверх. Метя туда, где он только что стоял. Почему он так поступил? Бог весть. Просто захотелось. Шестое чувство вынудило так поступить. Или скорее спровоцировало.

И очень, надо сказать, правильно. Потому что сабля наткнулась на что-то.

А на землю спустя несколько мгновений покатился истекающий кровью и скулящий волк. Секунда. Другая. Волк попытался встать. Но рана оказалась слишком тяжелой.

Какой-то едва различимый шелест.

И Андрейка скорее подсознательно, чем осознанно вновь делает шаг в сторону. И новый взмах саблей. И новый волк покатился по земле.

– Стая… – тихо выдохнул отрок, оглядываясь.

И тут началось.

Прыжок. Прыжок. Прыжок.

Парень едва успевал отступать, уклоняясь от бросков волков, нацеленных на шею.

Одно их попадание – и все. Потому что любой из волков, что сомкнул бы свою челюсть у него на шее, поставил бы жирную точку в его жизни. Не перекусил бы, конечно. Но длинные зубы животного без всякого сомнения повредили бы либо позвоночник, либо сосуды, либо гортань. Раз. И все. И он уже просто мясо…

Под навесом стало как-то тесно.

Четыре волка, промахнувшись в прыжке, не собирались никуда уходить. Они начали кружить, улучшая момент для атаки. Само собой, со спины. Но парень готовился к этому.

Поэтому следил за волками, глаза которых должны были выдать атаку. Они ведь видят готовящегося к прыжку собрата. По крайне мере отрок так предположил.

И верно.

У волка, что был прямо перед Андрейкой, зрачки на мгновение расширились, а морда чуть подалась вперед. Парень же резко шагнул в сторону, сохраняя боевую стойку, и совершил кистевой удар саблей снизу-вверх. Раз. И третий волк покатился по земле, скуля и истекая кровью. Но, в отличие от первых двух, рана пришлась ему не в шею, а в живот, поэтому он развалился на снегу, вывалив на него свои кишки.

Не самое приятное зрелище. Но парню было не до того.

Оставшиеся три волка как-то попятились. Они, конечно, были голодными и дерзкими. Но смерть двоих из них, да чего уж – троих, ибо последний волк также был не жилец, испугала этих хищников.

От проема в плетне раздался глухой рык. Очень неприятный и опасный.

Андрейка медленно, в несколько шагов, развернулся навстречу опасности.