Сирота

Бедность диктует свои правила. Но, и это очень важно, заниматься каким-то иным ремеслом открыто для воина было непозволительно.

Андрейка по этой причине и уединился с двумя холопами в глуши. Там, на виду, даже горшка сделать было бы нельзя. А тут, если что, всегда можно сказать, что это холопы трудятся. Холопам можно. Ему – нет. Точнее можно, но невместно. Урон чести.

В общем – нужно партизанить. И если и заниматься каким-нибудь ремеслом, то тишком. Не придавая это огласке. И имея к тому хорошо продуманную легенду – откуда взял и почему там этого больше нет.

Понимание это пришло к нему в первые же часы. Еще когда он ходил по Туле и прикидывал стоимость товаров. Вероятность того, что он попадет именно в поместного дворянина была небольшой. Поэтому там, в XXI веке, он больше думал о судьбе простого крестьянина или ремесленника. Да, готовился и к другим сценариям. Но факультативно. Из-за чего пришлось импровизировать и допускать ошибки.

Итак – доспехи.

Ограничиваться тряпичным он даже и не думал, так как очень хотелось жить.

Купить? Можно. Но так ведь спросят – на кой он ему сдался. А что отвечать? Торгует? В купцы заделался? Или может быть сам за наковальню встать решил? Ай-ай-ай…

Поэтому он решил пойти «по пути топора». То есть, скупать у Агафона самые дешевые железные изделия. Да потяжелее. Собственно, Агафон ему и глянулся тем, что он вел торг преимущественно железными изделиями всякими.

Так, например, старый ржавый топор с треснувшим обухом он сторговал за шестнадцать копеек. И это еще было много. Так-то и десять за него не дадут. Он ведь, по сути, лом на перековку. И так далее.

Кое какие инструменты, правда, пришлось купить нормальные. Но в общем и в целом выдерживая тренд на предметы, полезные при строительстве дома и решения хозяйственных задач.

Отрок же увез к своему поместью окромя дельных вещей еще и пару пудов[40] железного лома. Ни к чему не годного.