Измена. Право на сына (СИ)

— Ты серьезно? И Лена купилась? Мало, что ли, на свете блондинок?

Да, муж то, возможно, свою женушку узнает по одежде, прическе, но для остальных фотографии неинформативные, кроме моей рожи и номера машины. И то, кто-нибудь может состряпать на коленке. Фотографии получше и покачественнее для шантажа.

Подпираю лоб кулаком и медленно выдыхаю:

— Кому ты хотела эти фотографии отправить?

— И так ведь ясно. Мужу твоей ненаглядной Леночки.

— А дальше что?

— ну…

— Может у тебя есть еще что-нибудь? — поднимаю взгляд.

— Я думала, что мы будем с тобой, Макар, а теперь я просто хочу… Не знаю, чтобы все знали какой ты урод?

Дима шумно втягивает чай, переводит взгляд с меня на Жанну и обратно.

— А ты у нас милый зайчик, которого все обижают? — приподнимаю бровь.

— А я хотя бы не замужем, — капризно ведет плечиком.

— Зато как сестру через колено бросила, — хмыкаю я.

— Давай так, — Жанна поддается в мою сторону, чуток осмелев. — Ты мне ежемесячно кидаешь на счет тысяч двести, и твоя Лена дальше играет роль хорошей жены.

— Такты еще меня решила на счетчик посадить? — я не могу сдержать смеха. —Ты под веществами? — понижаю голос до шепота. — А давай так. Ты отправляешь фотографии, раз тебе так хочется мне поднасрать, и посмотрим, что прилетит тебе в ответ? Я тебе могу устроить пансион с полным проживанием и питанием.

Жанна недоуменно хлопает ресницами.

— Перевожу, — Стас подносит бутерброд из хлеба и колбасу ко рту, — на нары тебя отправит. У девочек, конечно, там не так страшно, но приятного тоже мало.

Встаю, застегиваю окровавленную рубашку и недоумеваю, как я мог наскочить на такую безмозглую идиотку, которая продолжает и продолжает скалить на меня зубы.

— И мне вот любопытно, — невесело усмехаюсь я. — Станет ли Уля тебе передачки носить?

Глава 17.

А если Макар умер? Истек кровью по дороге или потерял сознание, врезался в столб и погиб? Я тогда убийца. Да в любом случае я совершила преступление. Я воткнула нож в живого человека. Да, под всплеском эмоций, но это все равно страшно: я не контролирую себя, во мне сидит жестокость и я могу быть опасной. Господи…

Если я убила мужа, то место мне за решеткой. И я потеряю сына. Его точно у меня отнимут родители Макара.