Семь способов засолки душ

Мать растерянно приоткрывает рот, говорит, вы понимаете, горе, дочка пропала, ищем. Рома велит тетке следить за языком и отчитывать своих детей, если те еще не убежали, а тетка только рада поскандалить. Ника их слушает, переводя взгляд с тетки на мать, с матери на Рому, с Ромы на тетку. Затем трогает тетку за плечо, отчего та вздрагивает.

— А где найти Виталия Андреевича? — спрашивает Ника.

— Еще одна. Тебе зачем? Там где-то, в зале, сходи сама да посмотри.

Ника с пониманием кивает.

— Обряды вам не очень помогают, да? И не помогут, — она указывает за теткину спину.

Тетка оборачивается. За плечом, разумеется, нет никакого духа, лишь посетители и гардеробщицы в поту, с чужими куртками в руках. Но тетка все равно вздрагивает, будто узнала кого-то в той толпе, уходит. Ника безмятежно провожает ее взглядом.

— У отца научилась людей пугать? — спрашивает Рома.

— Вот это было грубо, — Ника поднимает брови. — Я что плохого сделала сейчас?

— Вдруг у нее теперь инфаркт будет?

— Значит, все-таки есть совесть у человека.

— Потому что это не твое дело.

Ника задумчиво кивает, садится на освободившуюся лавку у раздевалки, закидывает ногу на ногу, что-то читает в телефоне, проматывая страницы пальцем. Зал выпускает все больше людей, они скапливаются у гардероба, как в мембране фильтра, затем выходят в снежный сумрак, бегут дальше по своим делам. Выходит и смуглый человек в костюме шамана, тот самый, со сцены.

— Эй, тебе сюда нельзя. Вставай и уходи отсюда.

— Не «эй», а Лариса Анатольевна, — отзывается Ника, даже не собираясь вставать.

Мать тем временем хватает шамана за рукав, сует ему под нос фото Светки — скажите, вы видели ее, вы видели? Он отмахивается, раздраженно сбрасывает руку, снова пытается выгнать Нику, указывает ей на выход.

— Мне можно куда угодно. А вам задали вопрос, — тихо, но внятно говорит она. Кивает на Светкино фото. — Девушку ищут. Не видели?

Шаман игнорирует вопрос, продолжает Нику выгонять, Рома его оттесняет, вокруг собираются люди. Ника наконец поднимается, застегивает пуховик и все-таки выходит.