Испорченный

Я бросила взволнованный взгляд на матовую стеклянную дверь, зная, что в любую секунду здесь могут появиться посторонние, но моя киска пульсировала, а соски так затвердели от соприкосновений с его одеждой, что я не думала ни о чем, кроме желания ощутить Майкла внутри себя.

Через несколько секунд вся моя одежда оказались на полу. Майкл скинул рубашку, после чего опять поднял меня, и я обвила его талию ногами.

Он стоял в центре парной, сжимал мою задницу, целовал шею, скулы, губы. Я чувствовала, как волосы липли к моей спине, и запрокинула голову назад.

– Рика, – прошептал Майкл, касаясь губами моей шеи. – Ты мне нужна. Ты мне нужна каждый день, каждый час, каждую минуту…

Я подняла голову и крепче прижала его к себе, желая остановить время.

Он был для меня всем.

Сколько бы лет мне ни было, жизнь наполняла меня, только когда Майкл был рядом. Хоть я и знала, что с ним никогда не будет легко, но также понимала, что без него ничего хорошего тоже не будет.

Уткнувшись головой ему в шею и закрыв глаза, я прошептала:

– Я люблю тебя, Майкл.

Он остался неподвижен, сила его объятий никак не изменилась, но мне показалось, будто он перестал дышать.

Слезы подступили к моим глазам, когда Майкл ничего не ответил, и я прижалась к нему еще сильнее. Пожалуйста, не отталкивай меня.

Я не сожалела о том, что сказала это. Я понимала, на что шла, другого выбора у меня не было. Но выдержать его молчание или смириться с тем, что в его сердце, возможно, нет тех же чувств, которые переполняли мое, не могла.

"Но я не сожалела.

– Рика… – сдавленно проговорил Майкл, словно с трудом подбирал слова.

Покачав головой, я опустила ноги и заставила его поставить меня на пол.

– Не говори ничего, – попросила я, не глядя ему в глаза. – Я не жду от тебя ответа.

Его руки оставались на моей талии. Я знала, что Майкл смотрел на меня.

– Скажи ей, что ты ее любишь, – низкий голос эхом разнесся по помещению.

Мы с Майклом резко подняли головы, внимательно всматриваясь в клубы пара, и наконец-то разглядели пару ног, свесившуюся с верхней скамьи, когда их обладатель сел.

– Мать твою, неужели это так сложно? – Кай поставил ступни на нижний уровень и оперся на локти, глядя на Майкла. – Ты и так уже истерзался. Тебе приходилось нелегко, да, Майкл?

Шумно вздохнув, я нагнулась, схватила черную рубашку Майкла и набросила ее на себя.

Боже мой.