Испорченный

Сжав одну руку в кулак и накрыв ее ладонью другой руки, я раз за разом проигрывал в голове события прошлой ночи.

Она отключилась в машине на обратном пути домой из катакомб. Я принес ее сюда, раздел и уложил в свою кровать.

Почему я уложил ее в свою кровать?

Ноги Рики виднелись из-под простыни, обернутой вокруг нее. Она лежала на животе, лицом ко мне. Ее волосы рассыпались по подушке и закрывали глаза. Ее обнаженное тело застыло без какого-то движения, и лишь по мерным, едва заметным движениям ее груди можно было определить, что Рика дышала.

Она вымоталась. Еще бы. Вчера ей порядком досталось.

Я повернул голову, краем глаза заметив, что в комнату постепенно проникал утренний свет, и стиснув зубы, опять посмотрел на нее. Я не был готов к началу нового дня. Я не был готов отпустить эту ночь.

На ее пятках и голенях остались следы грязи, волосы на затылке тоже были спутаны и испачканы темной землей из катакомб. Я знал, что на бедрах Рики наверняка появятся синяки – результат нашего второго раунда.

Было приятно нагнуть ее над тем столом.

На запястьях остались потертости от веревки, которой я связал ее. И даже отсюда я видел маленькое красное пятно в том месте, где укусил ее за челюсть. Мне казалось, я лишь слегка сжал зубы, но на ее коже осталась метка, доказывающая обратное.

Она никогда прежде не выглядела более сексуально. Никогда.

Ее грязная одежда валялась кучей на полу, даже розовые кружевные трусики, которые я с таким азартом снимал с Рики. Потупив взгляд, я желал лишь одного – остановить время.

"Я никогда не был с женщиной, утолявшей мою страсть так, как она. Никогда не играл в ролевые игры, не надевал маску. Ничего подобного. Ни с кем. Трахнуть, утолить голод, поцеловать, облизать, застонать, ускорить темп, кончить, повторить. Твою мать, я вчера совершенно забылся.

Но Рика была…

Я откинулся на спинку кресла и запустил пальцы в волосы, не в силах отвести от нее глаз.

Она сказала, что не доверяет мне, однако я знал, что это ложь. Я был готов поспорить, что я – единственный, кому Рика доверяла больше всех.

В конце концов, ведь мы с ней одинаковые. Мы каждый день боролись со стыдом, с трудом пытались понять, кому могли показать наши истинные сущности, и наконец-то нашли друг друга.

К несчастью… мы были обречены.

Мой телефон, подключенный к зарядному устройству, завибрировал на тумбочке. Я закрыл глаза в попытке проигнорировать его.

Я не был готов.

Мне хотелось опустить жалюзи, взять Рику на руки и уложить в ванну.