Испорченный

Дэймон достал тот же телефон, на который Уилл снимал пожар, после чего бросил его своему другу.

– У меня есть видео, – поддел он приятеля. – Хочешь посмотреть?

– Ты реально тупой, мать твою, – процедил Кай, после чего отвернулся.

Глядя на него, я гадала, почему он так разозлился. Дэймон раздражал меня своими глупыми замечаниями, но чем он так взбесил Кая? Что может быть хуже жены мэра?

И тут мои глаза округлились, когда я наконец-то поняла, кого они имели в виду. Единственного человека, который жил в этом доме помимо прислуги.

Уинтер Эшби, дочку мэра.

Проклятье. Это его проделка? Поиметь дочку мэра?

Не удивительно, что Кай разозлился.

Прежде чем мне удалось подтвердить свою догадку, Дэймон вытащил сигарету и предложил:

– Поехали поедим. Я чертовски голоден.

Майкл, который за все это время не проронил ни слова, замешкался лишь на мгновение, после чего выехал обратно на дорогу. По радио играла песня Jekyll and Hyde группы Five Finger Death Punch; он прибавил громкость и повез нас в город.

Мы остановились возле «Стикса», популярного бара-бильярдной. Завсегдатаями этой забегаловки были практически все, кому еще не исполнилось двадцати одного года. Тут продавали алкоголь, но, если ты не достиг легального возраста – или не был звездным баскетболистом, – тебе ничего не светило.

Хотя это никому не мешало. Музыка здесь играла отличная, в залах царил полумрак, и для больших компаний места было достаточно. Желающим развеяться вечером в пятницу или субботу лучшего варианта не найти.

Мы вышли из машины. Использовав вместо расчески собственные пальцы, я пригладила растрепавшиеся волосы и, обойдя «Мерседес» сзади, встретилась с парнями на тротуаре. Дэймон швырнул свою сигарету на дорогу, а я скрестила руки на груди, стараясь согреться.

– Гребаный Андерсон, – едва слышно произнес Кай. – Терпеть его не могу.

Проследив за его взглядом в сторону окон бара, я практически сразу же опустила глаза, как только увидела, о ком он говорил.

Майлз Андерсон.

Пока я смотрела на землю, мои волосы, словно занавес, скрыли половину моего лица. Я тоже его терпеть не могла.

Мне стало настолько не по себе, отчего все мышцы напряглись до такой степени, что казалось, будто они вот-вот лопнут.

– Этот говнюк трепал языком с тех пор, как мы окончили школу, – добавил Дэймон.