Счастье и тайна

Будь дядя Дик дома, я бы доверилась ему. Я, правда, написала ему о том, что стала вдовой, но наши письма никогда не бывали ответами, слишком большие между ними были перерывы."

"Я подумала было о том, чтобы отправиться в морское путешествие. Можно было бы договориться о встрече в каком-нибудь порту, и тогда я рассказала бы ему обо всем, что случилось со мной. Но несмотря на то, что я строила такие планы, на уме у меня была одна догадка, которая очень волновала меня, и если бы она подтвердилась, то все мои недостроенные планы рухнули бы… к моему восторгу.

Меня мучили сомнения, но пока о своих подозрениях я никому не говорила. Прошло несколько недель — и я посетила врача.

Я навсегда запомню, как сидела в его приемной: в окно светило солнце, и теперь я наверняка знала, что у истории моей встречи с Габриелом и Фрайди будет продолжение, хотя они и не примут в ней участие.

Как описать мое состояние? Мне предстояло пережить прекрасное событие.

Доктор улыбался мне, он был в курсе моих дел и считал, что для меня это был просто подарок судьбы.

— Сомнений нет, — подтвердил он. — У вас будет ребенок.

Весь остаток дня я лелеяла свою тайну. Мой собственный ребенок! Я была полна нетерпения — впереди были месяцы беременности, а я хотела ребенка… сейчас!

Вся моя жизнь изменилась. Я больше не размышляла над прошлым. Теперь я верила, что таким образом Габриел оставил мне свое утешение и что все было — было не напрасно.

Когда я оказалась в своей комнате одна, я вспомнила, что поскольку это не только мой ребенок, но и Габриела тоже, то если это будет мальчик — он станет наследником Керкленд Ревелз.

«Ну и что? — сказала я сама себе. — Нечего ему рассчитывать на это наследство. Я сама его обеспечу. Рокуэллы даже не узнают о его рождении. Пусть все достанется Люку. Мне все равно…»

На следующий день за завтраком я сообщила отцу об этой новости. Он был поражен, лицо его постепенно порозовело — я полагала, от удовольствия.

— Теперь тебе будет легче, — заметил он. — Благослови тебя господь.

Я еще никогда не видела его таким разговорчивым. Он сказал, что я должна немедленно известить Рокуэллов. Он видел, в каком плачевном состоянии находится здоровье сэра Мэтью, и, я полагала, он думал, было бы несправедливо, если Люк унаследует титул деда, когда на самом деле он должен перейти к моему еще не родившемуся сыну — если это будет сын.

Мне передалось его волнение. Я сразу направилась в свою комнату и написала Рут.