Флеш Рояль

– Дина…

– У меня сегодня защита курсовой, – напомнила Динка.

Хотя Домин так активно интересовался этой самой курсовой, что, казалось, разбуди его в любое время суток, он обязан без запинки назвать тему, куратора и дату защиты. Но тот лишь ухмыльнулся и достал из кармана несколько резинок, которыми перевязывали купюры.

– Держи. Ношу с собой на всякий случай, чтобы снова деньги врассыпную по карманам не рассовывать.

Глава 15

Почему, когда опаздываешь, время мчится, как сверхзвуковой самолет, а если заранее соберешь вещи и подготовишься, ползет медленно, словно улитка по траве?

Динка уже сварила себе вторую чашку кофе, несколько раз проверила, ничего ли не забыла, а стрелка словно приклеилась к циферблату и никак не желала двигаться.

Однако, когда снизу засигналили, это все равно прозвучало неожиданно. Динка выплеснула остатки кофе, вымыла чашку, подхватила сумку и стремглав ринулась вниз по ступенькам.

– Доброе утро, Диана Владимировна, – раздался нарочито приветливый доминский голос.

Динка обернулась. Возле видавшего виды серебристого «Мерседеса» стоял незнакомый парень в бейсболке, драных джинсах и красной футболке. Пол-лица закрывали солнцезащитные очки, а вот улыбка была напротив знакомая, на все тридцать два зуба.

– Максим, это ты? – она прижала ладонь к губам. – Ты совсем на себя не похож.

– Что, не нравлюсь?

Пижон несчастный! Если бы он так думал, вряд ли бы так скалился. Чудеса, без своей черной одежды он даже выглядел моложе.

– Наоборот, – Динка подошла ближе, увлеченно его рассматривая, – мне так намного больше нравится, чем когда ты в своей униформе от бюро ритуальных услуг.

– А я без нее чувствую себя голым, – признался Домин."

"«И голым ты тоже ничего… Так, молчи, Диана Владимировна, не следует его провоцировать.

Впрочем, глядя на безмятежно лыбящегося Домина, сложно было представить, что им предстоит хоть сколь-нибудь опасное путешествие. Максим окинул Динку оценивающим взглядом.

– Я так надеялся, что ты наденешь то платье в цветочек, а ты джинсы натянула, – он и правда выглядел разочарованным, – хотя нет, правильно сделала, мы бы тогда далеко не уехали.