Рваные валенки мадам Помпадур

И она привычки его заполучила – как папу, ее от соленых помидоров за уши не оттащить. Девочка обожает острое, маринованное, муж тоже приходит в восторг от таких закусок. До того дня, когда стала оформлять медкарту для детского сада, я и сама не предполагала, что она дочь Алексея. Но пошли по кабинетам, попали к ортопеду, а та воскликнула:

– Вот намучится бедняжка, когда захочет в юности туфли на каблуках носить.

– У Надюши какая-то болезнь? – забеспокоилась мать.

Доктор подняла левую ножку девочки:

– Смотрите на суставы пальцев.

При помощи одного они прикрепляются к стопе, потом идет второй сустав и третья фаланга с ногтем. Чтобы человек мог нормально ходить, нужны все три. Поэтому мы легко встаем на цыпочки и вообще шагаем без проблем. У вашей дочери на третьем пальчике второго сустава нет. Редкий дефект, я за двадцать лет работы с ним не встречалась, вот шестипалости нагляделась.

– Надя калека? – испугалась Люба.

– Бог с вами, конечно нет, – замахала руками врач, – ребенок передвигается нормально.

Но ей навряд ли удастся стать балериной, фигуристкой или канатоходкой. Все виды деятельности, где на пальцы ног приходится большая нагрузка, девочке противопоказаны. И с огромной долей вероятности, у нее будут часто болеть ноги от каблуков или узкой обуви. Дефект этот генетический. У кого-то из вашей семьи тоже нет второго сустава.

Любаша посмотрела на Надюшу и сразу все поняла. Алексей Бутров предпочитал носить один вид ботинок – замшевые мокасины.

Как-то раз Любочка упрекнула его:

– Алексей, к строгому костюму, черному, с белой рубашкой, требуются кожаные туфли, а не растоптанные тапки.

Бутров смущенно улыбнулся:

– И у меня, и у моей мамы на одном из пальцев левой ноги отсутствует сустав. Вроде ерунда, но в тесной обуви стопу ломит от боли. А мама не может носить шпильки.

Слегка прибитая этим открытием, Люба вернулась домой. Она ничего не рассказала ни Ивану, ни свекрови, ни своей матери. С той поры она стала покупать Надюше туфельки на размер больше: не хотела, чтобы девочка жаловалась на боль.

Через пару месяцев Люба, зайдя в гости к Гале, пошла помыть руки, вытащила из расчески, валявшейся на раковине, несколько волосков Алексея Николаевича и отправилась с ними и мазком из Надиного рта в лабораторию. Результат подтвердил ее подозрения – Надежда родная дочь Бутрова."

"Люба выкинула результат анализа и постаралась забыть о том, что выяснила.