Рубиновая девочка

 – Идите-идите, у меня всё под контролем!

В этом я даже не сомневалась: когда речь шла о гостинице, с Брендой были шутки плохи.

В растерянности я развернулась и посмотрела вокруг. Ной всё ещё не гнался за нами – и это меня насторожило. Может быть, он уже выпытал у Фитца всё, что нужно, и откопал его горшочек с монетами. А бедный лепрекон будет грызть себя за это, и у него наверняка поднимется температура. Увы, мне ничего больше не оставалось, кроме как сделать вид, что мы решили подождать на улице.

Я уселась на крыльце, усадила рядом Зайца и стала внимательно прислушиваться к каждому шороху, доносящемуся изнутри. Пока что я слышала только, как Бренда исполняет какой-то эстрадный хит. Но немного погодя раздались шаги, а потом я увидела перед собой чьи-то тощие ноги.

Передо мной стоял старый Фергюс. Он хмурился так, что его кустистые брови сошлись в сплошную линию.

– О, Рубиновая девочка, – прохрипел он, – как хорошо, что я тебя встретил! Мне надо с тобой поговорить!

«Да, меня преследуют неудачи! – хотелось заорать мне. – Я никогда не следую вашим суеверным советам – и вот, похоже, за это расплачиваюсь!»

Но ведь на самом деле Фергюс же не виноват во всей этой суматохе. Поэтому я закусила губу и молча ждала нотаций.

К моему удивлению, Фергюс выдержал паузу, что было на него не похоже, молча почесал лысину и только потом сказал:

– Так вот.

– Э… но… – я с недоумением посмотрела на него.

Он меня остановил:

– Никаких «но»! Это действительно так.

Начало разговора показалось мне странным. Это выглядело так, будто кто-то торжественно объявил мне, что днём обычно светлее, чем ночью.

Но ещё больше он смутил меня, внезапно сменив тему.

– Ты знаешь, что бывает, если в комнату заползёт паук? Такой жирный, мохнатый и определённо с плохим характером? – спросил он так, будто это вопрос чрезвычайной важности.

– Н-нуу… – я замялась.

– Первое, что делают люди по утрам, – проверяют, на месте ли ещё паук. Ты ничего не собираешься с ним делать – просто смотришь. Так же я поступаю с северным побережьем.

Сердце у меня ушло в пятки:

– Как поступаете?

– Каждое утро перед завтраком иду взглянуть на северный берег, – Фергюс говорил заговорщицким тоном, нагнувшись ко мне.