Рубиновая девочка

На его языке это означало радостное приветствие. Ной стал трепать пса за ухом.

– Можно мне войти? – спросил он между прочим, как будто его приход к нам в гости – обычное дело.

– Конечно же заходи, – раздался голос Наны. – Мы слишком любим наших гостей, чтобы принимать их у порога.

Бабушка уже убрала свои непослушные волосы под платок, но всё равно выглядела так, будто только проснулась. Тем не менее она в своей манере действовала решительно и, взглянув на Ноя, сразу сказала:

– Тебе нужна большая чашка чая. – Не дожидаясь ответа, она скрылась в нашей кухне, которая одновременно была и гостиной.

Заяц увязался за ней. Меня потрясло, как уверенно и спокойно он прошёл через коридор на кухню. А ведь он был в доме впервые, и любая другая собака на новом месте сначала бы осмотрелась и принюхалась. Но Заяц сразу устроился рядом с горячей печкой.

«Хорошая штука, – наверняка подумал он. – Почему у меня нет такой же?»

В отличие от него, Ной явно смущался. Он даже не посмел сесть за обеденный стол.

– Извините, что я так внезапно явился, – пробормотал он.

 – Наверное, это дурацкая идея.

Нана решительно поставила перед ним чашку, над которой клубился пар:

– Сесть и выпить чаю!

В какой-то момент мне показалось, что Ной вот-вот развернётся и сбежит – в конце концов, послушание не его качество. Но Нана, похоже, подобрала нужный тон. И Ной послушно плюхнулся на ближайший стул, взял чашку и сделал большой глоток.

– Итак, – сказала Нана, откусив от бутерброда с клубничным джемом и подвинув тарелку к нам с Ноем.

 – Что скажешь? Что тебя к нам привело?

Ной глядел в свою кружку, словно хотел нырнуть в неё с головой.

– Они созванивались. Мистер Беннет и мой отец.

– Но разве твой отец не в Америке? – спросила Нана и взглянула на часы с маятником, висящие над столом. – Ведь там глубокая ночь.

– Отец часто не спит из-за работы. Особенно когда занимается новым проектом, – объяснил Ной, не поднимая головы. – Видимо, он только теперь прочитал письма мистера Беннета. О том, что я сбежал перед поездкой сюда, что я устроил тут в первое утро и что я совсем не занимаюсь.

 – Он на секунду замолчал, обхватив чашку ладонями так, будто она помогала ему удержаться на месте. – Я думал, что когда он это прочитает, то захочет поговорить по телефону со мной, – сказал он подчёркнуто спокойно. Я уже заметила, что иногда он так делает. – Мог бы обо всём спросить у меня, прочитать мне нотации. Но, видимо, я просто ему надоел. Мне придётся переехать в интернат уже на каникулах.