Рожденная под счастливой звездой (СИ)

— Нужно будет озаботить Айрика, пусть придумает несколько подобных нарядов, а еще штаны и курточку — этот материал очень похож на кожу, у меня на земле были такие для езды на аэробайке, смотрится просто шикарно.

— Угу, — глухо угукнул муж мне в макушку, запуская пальцы в волосы и начиная массировать кожу головы, отчего я начала тихонько млеть под его пальцами. — А без них даже еще лучше.

Проведя пальцами по линиям разделения костюма, муж начал раздевать меня, попутно прикасаясь к разгоряченной коже то тут, то там.

— Сейчас не время, — слабо запротестовала я, пытаясь выбраться из тесных объятий. — Нам нужно подготовиться…

— Как раз самое время, — тихо шепнул Шай, прикусывая чувствительную кожу на сгибе шеи. — Моя жена собирается идти со мной на опасную операцию, и я не могу ее остановить, она меня не слушается, так что у меня жуткий стресс, мне требуется срочное лечение…

— Хочешь поиграть в доктора? — хихикнула я, принимая правила игры.

— Я буду послушным пациентом, — горячие руки продолжали освобождать меня от одежды, пресекая малейшее неповиновение.

— Ну что же, пациент, тогда ложитесь на кушетку, — скомандовала я, скидывая его руки, отчего сзади послышался протестующий стон.

Не дав мужу продолжить поползновения в мою сторону, я заставила его шагнуть назад и опрокинула на кровать, в ту же секунду оседлав его бедра. Глаза Шая загорелись предвкушающим огнем, а руки снова начали блуждать по моему телу.

— Нееет, так не пойдет, — протянула я. — Вы непослушный пациент, временами даже буйный, придется ограничить вашу подвижность, — в тут же секунду я схватила пояс от халата и, связав руки опешившему от такого напора айхану, привязала их к спинке кровати над его головой. — Совсем другое дело!

А затем, выписывая бедрами восьмерку на его напрягшемся подо мной естестве, медленно и чувственно сняла коротенький топ, представляя в голове медленную музыку и плавно двигаясь под нее.

Муж хрипло застонал подо мной, дергая привязанными руками в попытках освободиться. Наклонившись, я провела дорожку языком от его губ вниз по шее, ключицам, литым мышцам груди и закаменевшему прессу, выслушивая гортанные стоны и шумное дыхание Шая сквозь сжатые зубы. Потяжелевшая грудь сладко ныла, а внизу скапливалось густое вяжущее возбуждение, терзающее горячее нутро.