Рожденная под счастливой звездой (СИ)

— Ой, а где же мы их будем хранить? — испугалась я, оценивая объемы нашего богатства.

— Не волнуйся, я уже договорился, — в комнату зашел Сай, мгновенно обхватывая меня руками и поднимая в воздух как пушинку. — Вчера, пока вы с Шайсаром были в заказнике, прибыли строители, теперь у нас есть специальное хранилище, где цветы Айяши будут надежно храниться в соответствующих условиях и под охраной.

— Здорово! Как быстро у вас все происходит, — подивилась я. — А можно посмотреть, как их будут перегружать?

— Да там ничего особенного, но если хочешь, давай сходим.

— Кстати, я хотела у тебя спросить, — повернулась я к Нойхалу. — В последнее время, после того как у меня появилась энергия в печати, я начала видеть ауры айханов, когда выбиралась в город, и у некоторых стала замечать какие-то сиреневые пятна на ауре. Что это означает?

Ной удивленно посмотрел на меня.

— Мне о таком ничего неизвестно, никогда не слышал. И в своих исследованиях никогда с подобным не сталкивался.

— Ну, это как пятно с неровными краями в районе солнечного сплетения размером сантиметров десять-пятнадцать сиреневого цвета. А еще мне показалось, что эти айханы выглядят не совсем здоровыми по сравнению с остальными.

— Странно, наша энергия голубоватого цвета, поэтому и аура вместе с потоками должна быть такой же, — удивился Ной. — Нужно будет исследовать этот вопрос. Если заметишь у кого-нибудь, скажи мне, мы обследуем этих людей. Вдруг ты видишь тех, у кого развивается энергетическая болезнь? В ближайшее время я возьму тебя с собой в наш медцентр, чтобы ты могла посмотреть на моих пациентов, может, ты действительно отличаешь по ауре тех, кто болен.

Я только кивнула, проскальзывая в ванную комнату. Быстро одевшись, мы отправились на задний двор. И в самом деле, оказалось, что цветы были упакованы в контейнеры высотой примерно тридцать сантиметров и длиной около пятидесяти. Рабочие аккуратно выгружали их из транспортника и переносили в хранилище, пристроенное к дому, устанавливая друг на дружку практически до потолка.

— Красота! — резюмировала я, зарываясь носом в серединку цветка.

— Жизненно важная красота, — улыбнулся Ной, подходя ко мне.