Романтическая история мистера Бриджертона

Пенелопа знала, что слуги Гастингсов обычно носили голубой и золотой цвета. Но сегодня их голубой цвет был украшен серебром.

Это почти заставляло женщину чувствовать себя принцессой в какой-то сказке."

"– Мне интересно, сколько же все это стоит, - проговорила Гиацинта, широко раскрывая глаза.

– Гиацинта!- Вайолет наказала дочь, шлепнув ту по руке. - Ты же знаешь, что невежливо спрашивать такие вещи.

– А я и не спрашивала, - указала Гиацинта, - Я поинтересовалась. И, кроме того, это же просто Дафна.

– Твоя сестра герцогиня Гастингская, - сказала Вайолет, - И она должна соответствовать своему положению.

– Но разве ты не согласна с тем, - проговорила Гиацинта, беря мать под руку, - Что важнее просто запомнить тот факт, что она моя сестра.

– Она опять тебя обыграла, - сказала Элоиза с улыбкой.

Вайолет тяжко вздохнула.

– Гиацинта, я заявляю, что ты все-таки будешь причиной моей смерти.

– Нет, не буду, - ответила Гиацинта, - Грегори будет.

Пенелопа с трудом сдержала смех.

– Я все еще не вижу Колина, - сказала Элоиза, вертя головой во все стороны.

– Нету? - Пенелопа осмотрела комнату. - Удивительно.

– Он сказал тебе, что приедет раньше тебя на бал?

– Нет, - ответила Пенелопа, - Но по некоторым причинам, я думала, он приедет раньше меня.

Вайолет ласково погладила Пенелопу по руке.

– Я уверена, он скоро будет здесь, Пенелопа. И тогда мы все узнаем, что это за тайна, из-за которой мы должны приклеиться к тебе на весь вечер.

– Не то, - добавила она поспешно, в ее глазах появилась тревога, - чтобы мы считали это неким видом грязной работы.

Пенелопа улыбнулась ей.

– Я знаю. Это чувство взаимно.

Перед ними было всего лишь несколько человек, так что не прошло много времени, как они уже приветствовали Дафну и ее мужа Саймона.

– Что, - спросила Дафна без всякой преамбулы, как только уверилась, что другие гости за пределами слышимости, - происходит с Колином?

Так как вопрос главным образом адресовался в ее сторону, Пенелопа почувствовала себя обязанной ответить: - Я не знаю.

– Тебе он тоже прислал записку? - спросила Элоиза.

Дафна кивнула.

– Да, мы должны не спускать с Пенелопы глаз, написал он.

– Могло быть хуже, - проговорила Гиацинта, - Мы должны будем приклеиться к ней на весь вечер.

Она наклонилась вперед. - Он подчеркнул слово “приклеиться”.

– Я думаю, все же, я не являюсь такой уж грязной работой, - язвительно заметила Пенелопа.