Романтическая история мистера Бриджертона

– Мюррея, - произнес он, имея в виду своего школьного приятеля, чей брат был герцогом Афольским. - Но должен сказать тебе, я так и не закончил полностью маршрут, предписанный мне Ангусом Кэмбеллом. Из-за того, что просто не нашел даже дорог, соединявших половину мест, указанных им.

– Возможно, - ее глаза стали мечтательными, - именно туда нам следует отправиться в свадебное путешествие.

– В Шотландию? - спросил он, сильно удивившись. - Ты не хочешь поехать в какое-нибудь более теплое и экзотическое место

– Тому, кто не уезжал дальше ста миль от Лондона, - весело сказала она, - И Шотландия покажется экзотической.

– Могу заверить тебя, - произнес он, улыбаясь, затем подошел и уселся на край кровати. - Италия выглядит гораздо экзотичнее. И гораздо романтичнее.

Она покраснела, что восхитило его.

– О, - пробормотала она, выглядя при этом довольно смущенной.

(он задавался вопросом, как долго он сможет приводить ее в смущение и заставлять краснеть, разговорами о романтике, любви и всех тех чудесных действиях, которые подразумевались под этими двумя понятиями).

– Мы отправимся в Шотландию в другой раз, - заверил он ее. - Я обычно отправляюсь на север раз в пару лет или около того, чтобы навестить Франческу.

– Я была удивлена, когда ты поинтересовался моим мнением о твоих записях, - сказала Пенелопа после небольшой паузы.

– Кого еще я мог бы спросить?

– Я не знаю, - ответила она, неожиданная удивленная тем, что ее руки сами по себе дергают постельное покрывало. - Своих братьев, я думаю.

Он взял ее руки в свои.

– Что они могут знать об этом?

Ее подбородок поднялся, ее глаза, такие чистый, теплые и карие встретились его.

– Я знаю, ты всегда высоко ценишь их мнение.

– Это правда, - согласился он, - Но твое мнение, я ценю гораздо больше.

Он наблюдал за ее лицом, и заметил, как разные эмоции появляются у нее на лице.

– Но тебе не нравятся мои колонки, - ее голос был нерешительным и полным надежды.

Он одной рукой нежно провел по ее щеке, будучи уверенным, что она, сейчас не отрываясь, смотрит на него, и ждет, что он скажет.

"– Ничего не может быть дальше от истины, - сказал он, страстно произнося слова, - Я думаю, ты чудесный и изумительный автор. Ты показываешь сущность человека с такой искренностью и остроумием, что это просто несравненно. Все десять лет ты заставляла людей смеяться.

Ты заставляла их дрожать. Ты заставляла их думать Пенелопа. Ты заставляла людей думать. Я не знаю, что может быть выше этого успеха.