Рокировка

Последнюю конструкцию Аринэль видел только у аристократок… Да-да, у сестер. Цеси как раз либо забинтовывала грудь, либо вообще никак ее не прикрывала под платьем. Ну, собственно, у нее еще не сильно и выросло.

«Что не делает ее менее привлекательной!» — ухмыльнулся Аринэль, умываясь.

Честно говоря, он никогда особо не понимал этих загонов насчет размера. Какая разница? Да хоть нулевой. Все равно же прикольно. И большая грудь отлично. Все отлично. Это же идиотия рассматривать отдельно женщину, отдельно ее грудь. Во всем есть свое очарование.

«Опа».

Младший на размышления о женских холмиках отреагировал штатно. А между прочим, в соседней комнате лежит голая девушка… Красивая девушка!

«Моя девушка!»

Аринэль торопливо вытер руки. Открыв дверь, он улыбнулся. Цеси перекатилась на его место и раскинулась звездочкой.

«А вот сейчас мы эту звездочку-то зажжем!»

…Цеси снился восхитительный сон. Любимый… господин говорил ей, что она красива. А потом он начал целовать, его губы блуждали по ее телу…

Страх кольнул в сердце.

Она даже не пыталась что-то делать сама. Вот он поднял ее ногу и Цеси лишь выдохнула, ожидая когда… Но вместо этого, она ощутила ТАМ его губы!

— Господин! — пролепетала Цеси, смотря вниз округлившимися глазами.

— Спокойно, все нормально, — ответил Аринэль. — Это тоже очень приятно.

Конечно, Цеси знала, но… Ее заветного бугорка коснулся его язык, и девушка опять услышала собственный стон. Опять над ней будут посмеиваться, но это же так трудно сдерживать! И противиться тому, что это делает господин, нет сил… И желания! А его язык все дальше вгонял ее в пучину наслаждения. Цеси неосознанно подавалась навстречу…

— А-а-ах! — громкий стон слетел со сведенных в судороге губ.

Даже не стон, а скорее визг. Щеки девушки заалели, но она ничего не могла поделать. Ее буквально кинуло на подушки и свернуло в клубок.

— Знаешь, ты просто чудо, — голос парня был наполнен нежностью.

Цеси сделала усилие, открыла глаза и покосилась на господина. Аринэль улыбался.

— Гос… — начала было девушка.

И тут парень опять поднял ее ногу. И напряженная плоть парня коснулась ее бедра…"

"… Цеси осталась лежать так, как он ее оставил.